Автор
В Лорде-Обольстительном мир обычных законов любви, нормандский аристократ де Сентевиль восхищается художницей. Но она отталкивается его жестокостью и высокомерием. Как разгорится противостояние этих двух сильных натур?
* * *— Кендал, — сказала я, — мы едем в Англию.
Сын в упор уставился на меня, и его лицо застыло. В это мгновение он был поразительно похож на своего отца.
А я продолжала:
— Понимаю, что ты не хочешь покидать замок, однако мы должны уехать. Это ведь не наш дом.
— Наш! — гневно возразил он."
"— Нет, нет… Мы находимся здесь только потому, что, когда покинули Париж, нам больше некуда было направиться. Но в чужих домах нельзя оставаться навсегда.
— Это дом моего отца, и он хочет, чтобы мы жили здесь.
— Кендал, — вздохнула я, — ты еще маленький.
— Так не будет лучше. Не будет!
Он никогда раньше не смотрел на меня так, и выражение его глаз в этот момент причинило мне нестерпимую боль. Казалось, он меня ненавидит.
Неужели Ролло так много для него значит? Я знала, что Кендал очень полюбил замок. Для ребенка с развитым воображением он и в самом деле был дворцом чудес. Но дело не только в этом. Кендал твердо уверен, что его место здесь, и Ролло сыграл в этом не последнюю роль.
Он лишил меня невинности, думала я. Перевернул мою жизнь вверх дном. А теперь еще и хочет украсть моего ребенка!
Внезапно я разозлилась.
— С тобой разговаривать бесполезно, Кендал!
— Бесполезно, — согласился он. — Я не хочу в Англию. Я хочу жить дома.
На его лице опять появилось выражение, подчеркивающее сходство с отцом. Я подумала, что когда он вырастет, то станет в точности таким, как Ролло, и к моему смятению примешивалось чувство гордости за сына.
— Мы еще вернемся к этому разговору, — вздохнула я.
На большее сил уже не оставалось.
* * *День подходил к концу. Жанна готовила ужин (она любила готовить). Клэр только что вернулась из замка.
— Баронесса сегодня в очень странном настроении, — сообщила она. — Мне не нравится все это.
Она встревоженно посмотрела на меня.
— На следующей неделе в это время мы уже будем ехать домой, — напомнила я ей.
— Так будет лучше, — сочувственным тоном произнесла она. Я в очередной раз изумилась ее способности понимать и сопереживать.
— Наверное, они с Вильгельмом все еще играют в эту свою любимую игру. Я видела, как они направлялись в лес. Кендал нес что-то вроде сумки.
— Наверное, раскладывает свои следы. Как хорошо, что они с Вильгельмом подружились. Я так рада за этого несчастного малыша. Могу себе представить, как он жил тут один.
— Что же он будет делать, когда мы уедем?
Клэр нахмурила брови.
