Автор
В Лондоне весна 1816 года, где густые цветущие розы и шелковистая влага создают легкую свежесть воздуха. В особняке Беркли-сквер леди Перл Морстон сомневается: выйдет ли она за своего молодого друга или мужа, как посмела ей дать слово. Она стоит у двери гостиной, ожидая услышать ответ на свой вопрос. Сюжет Лорд-разбойника обещает быть не менее загадочным и захватывающим, чем сияние этих весенних цветов....
Что ж, как бы то ни было, ему надо воспользоваться временем, которое у него есть сейчас.
В этот час на рынке царило оживление — бедняки из окрестных кварталов теснились у прилавков вместе с хорошо одетыми слугами из богатых домов, покупая свежие фрукты, овощи и цветы. Время от времени в толпе раздавались пьяные выкрики тех, кто возвращался домой после весело проведенной ночи.
Люк купил пучок чайных листьев и несколько свежеиспеченных булочек и направился во фруктовый ряд. Во всяком случае, он сможет предложить своей неожиданной гостье хороший завтрак, а уж затем отправит ее туда, куда она хочет.
— Вот вы где! — раздался у него за спиной звонкий голос.
Люк обернулся.
— Рифля! Тебя-то я и ищу.
Люк пожал грязную руку своего единственного сообщника — тощего паренька с копной светлых волос, торчащих из-под рваной красной шапки.
— Выходит, у вас что-то есть?
Пятнадцатилетнему Рифле на вид было не больше двенадцати — хозяин притона, на которого он работал, почти не кормил его.
— Да, кое-что есть, — ответил Люк. — Столовое серебро и кое-какие побрякушки. Отнесешь на продажу, а из выручки возьмешь свою долю. Часть денег отдашь миссис О'Мэлли, чтобы она вытащила своего непутевого муженька из долговой тюрьмы, а остаток принесешь мне.
Люк достал из кармана сверток, который накануне вечером забрал из своего тайника, и передал его Рифле. Тот приоткрыл сверток и, увидев серебро и бриллиантовое ожерелье, тихонько присвистнул.
— Миссис Брейтман передает Святому свою благодарность, — сказал Рифля. — Ее старое корыто уже нельзя было починить, так что новое подоспело в самый раз.
Люк едва удержался, чтобы не потрепать взъерошенные волосы мальчишки — тот этого очень не любил.
— Что ж, Рифля, удачи тебе.
Кивнув друг другу на прощание, они разошлись в разные стороны. Они всегда старались, чтобы их как можно реже видели вместе.
Покончив с этим делом, Люк стал не спеша выбирать самые лучшие апельсины. Потом, поддавшись неожиданному порыву, остановился возле тележки с цветами и выбрал два букетика фиалок и один — маргариток. «Может, эти цветы заставят Пегги улыбнуться, — подумал он. — Интересно, бедняжке когда-нибудь дарили цветы? Нет, вряд ли…»
Уже подходя к своему дому, Люк решил подняться к себе по лестнице, а не по стене — чтобы не помять цветы.
