Автор
В Лондоне весна 1816 года, где густые цветущие розы и шелковистая влага создают легкую свежесть воздуха. В особняке Беркли-сквер леди Перл Морстон сомневается: выйдет ли она за своего молодого друга или мужа, как посмела ей дать слово. Она стоит у двери гостиной, ожидая услышать ответ на свой вопрос. Сюжет Лорд-разбойника обещает быть не менее загадочным и захватывающим, чем сияние этих весенних цветов....
— Полпенни пучок.
Люк молча заплатил. Только когда они уже шли домой, он, наконец, спросил:
— Полагаю, что вы что-то задумали, выбирая эти травы. Я прав?
Она кивнула.
— Мне бы хотелось навестить малышку Мими, если вы не возражаете. А эти травы помогут ей поскорее поправиться.
Через несколько минут Люк уже стучался в дверь к миссис Планк. У него накопилось много вопросов к своей спутнице, но он решил пока помолчать и лишь наблюдать, что эта странная девушка будет делать.
Теперь, когда Люк уверился в том, что она вовсе не слабоумная, его еще больше к ней влекло.
— Добрый день, миссис Планк. Мы пришли узнать, как себя чувствует Мими.
Женщина улыбнулась. Ее усталое лицо просветлело, и стало видно, что когда-то она была очень хорошенькой.
— Она все еще спит, но дышит вроде бы ровно. Я благодарю вас — вас обоих.
— Тогда мы не будем входить, чтобы не разбудить ее, миссис Планк. Но я принесла вам травы, которые помогут ей быстрее встать на ноги. — Перл протянула женщине пучки трав. — Вскипятите их все вместе в небольшом количестве воды с одной или двумя чайными ложками уксуса. Отвар может оказаться очень полезным для здоровья вашей девочки.
Миссис Планк вопросительно посмотрела на Люка, и он с улыбкой кивнул.
— Что ж, спасибо, мисс Пегги. Я, конечно, сделаю все, как вы сказали. И еще должна вам сказать, что ваша матушка правильно вас воспитала.
Люку показалось, что Пегги смутилась.
— Да, матушка, — кивнула она. — Она рассказывала мне об этом, когда я была маленькой девочкой. И еще одна женщина многое мне рассказала. Они обе очень много знали о свойствах этих трав.
Миссис Планк снова начала их благодарить, и они поспешили попрощаться. По дороге домой Люк рискнул задать Пегги вопрос:
— Я что-то сомневаюсь, что вы могли заставить собак на ферме пить отвары.
Ее щеки восхитительно порозовели.
— Моя мать лечила, а я всегда была рядом с ней. Но тогда я не понимала, что многому у нее научилась.
Он не спускал глаз с ее лица, хотя видел, что она смущена.
— Вы, кажется, говорили, что ваша мать умерла. А когда это случилось?
— Десять… э-э… два года назад. Но перед смертью она несколько лет тяжело болела.
