Автор
В Лондоне весна 1816 года, где густые цветущие розы и шелковистая влага создают легкую свежесть воздуха. В особняке Беркли-сквер леди Перл Морстон сомневается: выйдет ли она за своего молодого друга или мужа, как посмела ей дать слово. Она стоит у двери гостиной, ожидая услышать ответ на свой вопрос. Сюжет Лорд-разбойника обещает быть не менее загадочным и захватывающим, чем сияние этих весенних цветов....
Как только его поймают — а это случится очень скоро, — мы узнаем про него всю правду.
«Его сын? — ужаснулась Перл. — Неужели Люк мог… Нет-нет, у него не может быть сына. А если бы был, то я бы наверняка его увидела».
Немного успокоившись, она с улыбкой проговорила:
— А как вам удалось все это узнать, милорд?
— От моего кузена лорда Гримсби — он ведь судья. Конечно, судьи не занимаются расследованиями, но кузен в курсе дела и кое-что мне рассказывает. Вернее — моей матери. Она боялась вечером ложиться спать, пока он не заверил ее, что негодяя вот-вот поймают.
— Как удачно, что у вас есть такой родственник, — пробормотала Перл. «А может, это все-таки Люк? — подумала она. — Что ж, сегодня я непременно узнаю все его секреты, какими бы они ни были».
Фаэтон остановился перед парадным входом Оукшир-Хауса.
— Помни, Рифля, ты должен быть нем как рыба. Нам с тобой еще предстоит поработать над твоим произношением, — добавил Люк с улыбкой.
Его слуга, камердинер и кучер молча кивнул. Затем, приложив палец к губам, прошептал:
— Буду нем, сэр.
Люк бросил на него выразительный взгляд, но на мальчишку это не произвело ни малейшего впечатления. Одетый в ливрею и с наклеенными усиками, он выглядел старше, но все же больше походил на пажа, чем на камердинера.
— Очень хорошо. Я вернусь через несколько минут с молодой леди, о которой я тебе говорил.
Рифля кивнул и соскочил с козел. Люк же направился к величественному входу в Оукшир-Хаус.
Приходить в этот дом и приглашать леди Перл на прогулку было не очень разумно.
"Сейчас ему пришлось еще раз напомнить себе, что у него не может быть никаких отношений с этой леди. Она жила в своем мире, а он — в своем, и у них не было ничего общего. В какой-то момент — либо на прогулке, либо вечером в опере — придется сказать ей об этом и распрощаться. Но сначала ему надо узнать правду о ее вылазке в трущобы Лондона — пусть даже он больше никогда ее не увидит.
Его проводили в ту же роскошную гостиную. Герцогини, к счастью, не было, зато Перл появилась почти тотчас же.
— Вижу, что могу считать точность одним из ваших достоинств. — Люк поклонился, стараясь не обращать внимания на то, как при ее появлении забилось его сердце. — Не многие светские дамы могут этим похвастать — по крайней мере, я так слышал.
Перл лукаво улыбнулась.
