Автор
Молодой лорд Шурик не забывает обид и щедро раздает наказания ворам и врагам. Когда соседи покушаются на его легендарные спартанские яблоки, герой решает преподать им суровый урок. Фантастическое приключение о мести, власти и справедливости в мире магии и интриг.
— Замётано. С меня тогда кружка сидра.
— Ловлю на слове!
Два товарища бросились в атаку, совершенно игнорируя догорающий фитиль. Который тянулся к закопанным пороховым минам под всем редутом.
И уже через мгновения грянул взрыв такой мощи, в котором погибло с полсотни северян.
Всё ущелье содрогнулось от взрывной волны, а частью и вовсе обвалилось.
Но армия Спарты уже была далеко.
* * *— И помните! Не шуметь, другим постояльцам не мешать, если что-то потребуется то наши девочки сразу же вам помогут, — произнесла хозяйка «Незабудки».
— Бросьте! Когда мы создавали какие-либо неприятности? — ухмыльнулся молодой парень.
На что женщина хищно сощурила веки и расплылась в улыбке.
— Быть может, на прошлой неделе, господин Макао? Или за неделю до той поры?
Макао выдержал пронзительный взгляд хозяйки. Но какой ценой!
— В любом случае, ещё один прокол…
— И мы получим запрет на вход в ваше чудесное заведение. Мы помним, — вздохнул Макао.
— Чудно! Тогда хорошего вам застолья, господин Макао! Вам и вашим друзьям, — добавила женщина.
— Надеюсь, вы не будете распространяться о нашей небольшой посиделке? — напоследок спросил молодой самурай.
На что получил тихий смешок.
— Господин Макао, если бы я болтала о том, чем наши посетители занимаются в стенах «Незабудки», то уже на следующее утро Сегун Киото и министр Хакен увидели бы под стенами дворца толпу разъярённых женщин. Которые непременно возжелали бы сжечь наше небольшое заведение, — заявила хозяйка. — Хорошего вам культурного отдыха…
И на том удалилась.
Макао же ещё какое-то время смотрел ей вслед, после чего резко покрутив головой, тихо закрыл отодвигаемую дверь и прошёл вглубь выделанной им комнаты.
— Всё тип-топ? — привлёк его внимание старый приятель Юго.
Они с Юго успели неплохо так сдружиться, проходя тренировку самураев. Он, Макао, был высоким и, как говорили наставники, «элегантным, точно пьяный медведь на роликах», а Юго… он представлял из себя полную его противоположность.
Худощавый, можно даже сказать, миниатюрный азиат, которому пришлось немало настрадаться из-за своего поста.
— Можно сказать и так, — не стал вдаваться в подробности Макао, сев напротив товарища.
В комнате расселось с полтора десятка молодых самураев, один из недавних наборов Киото. Все они на прежней земле были представителями разных национальностей, но здесь, увлечённые энтузиазмом Сёгуна О и его личным примером, стали идейной и вооруженной опорой «Великого Киото».
