Возвращение в любимое поместье Лорда становится неловкой паузой после долгого полета на дирижабле. Непривычное уединение среди высоких деревьев и озера лишь усиливает острый голод за комфортом, которого так не хватает в затертых уголках королевского доспеха.
Похоже, «Лорд Системы 19» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— И по какой же? — интересуюсь я.
— Абсолютное большинство, примерно те же 80% смертей приходится на новичков, — поясняет мэр Спарты. — Те же, у кого уровень был выше 20-го, вполне себе пережили эпидемию. Как бы это цинично не звучало, но в плане боевой мощи и общего потенциала наша фракция не сильно пострадала.
— Новички так и этак приходят, и уходят, — вздыхает Ботан, поправляя очки на переносице. — С этим, увы, ничего нельзя поделать. Они всегда находятся в наибольшей зоне риска.
— И это не есть хорошо, — ворчит Майор.
— Этот вопрос мы оставим на потом, — прерываю я зарождающийся спор.
Уж в способности собравшихся вступать в жаркий диспут я нисколько не сомневаюсь. Но сейчас нет на это времени.
— Михалыч, продолжай, — киваю я старому другу.
Тот вновь выглядывается в строчки отчёта.
— Отдельно стоит отметить высокую смертность среди кочевников, — хмурится
мужчина. — Эти парни всегда находятся в пути, передвигаясь от полиса к полису.
— Именно так погиб и Вихор! — сообщает Малой. — Кочевники лишились своего Великого Хана, и сейчас у них практически безвластие.
— Вихру не повезло, — качает головой Третий. — Он заразился чумой одним из первых. Ему не хватило буквально одного-двух дней до спасения.
— Ушёл от нас и Бобр, бывший Лорд-наместник Сладкой Жизни, — вздыхает Луна. — Ромашка, его внучка, и глава гильдии авантюристов, сейчас находится в полисе, чтобы поддержать своих родных. Тем более, как мне доложили, она едва не потеряла брата и невестку из-за восстания в Константинополе.
— Киото также лишился нескольких артефакторов…"
"Имена всплывают одно за другим. Некоторых из них я даже знал лично. Груз на моих плечах становится тяжелее. Я уже давно уяснил, что нельзя спасти всех и каждого. Это просто нереально.
Это путь идеалиста или дурака. Я лишь могу поразмыслить над совершенными ошибками и не допустить трагедии вновь.
— Достаточно, — произношу я, подняв ладонь. Разговоры и перешептывания тут же затихают.
