Простившись с влиятельной Мэнфи и обещав вернуться в Вавилон как можно скорее, я провожу долгие часы, думая о том, что она мне рассказала. До сегодняшнего дня моя картина мира в этом инквизиторском городке была неполной — не было Архитекторов. В начале они были задуманы как некий супермен для контроля и управления всеми системами, но теперь я понимаю их важность и влияние на жизнь мелких жителей....
А теперь против Системы не попрёшь, и прозвища стали именами.
— Фух, чёрт возьми. Я так долго не смогу, — простонал молодой наёмник, ощущая, как его ладони начинают подрагивать.
Нет, не из-за страха. После нескольких лет работы с Бобой он уже и забыл, что такое страх. Да и паника тоже.
Чтобы ни случилось с Бобой, кажется, что хуже уже не будет. И всегда после подобного утверждения становится только хуже!
Так что Биба привык. Проливая сопли, пот и кровь, но он привык.
Так и сейчас.
Руки дрожали не из-за стресса, а просто из-за маны, что семимильными шагами утекала из парня.
Как никак, поддерживать иллюзию кустика, способного укрыть из двоих, не так чтобы просто!
— Нам нужно искать другое место для укрытия, — сообщил Боба, который был не рад состоянию своего товарища, — Я видел в форпосте рабов. Вроде бы они называют их кадаврами. Можно попробовать затеряться среди них.
— Да, это всяко лучше, чем вот так, — сглотнул бледный Биба, — Тогда и ману смогу подкопить. Всё же маскировка жрёт куда как меньше полного воплощения.
— Значит, решено. Продержись ещё минуту-другую, и мы пролезем к ним, — заозирался по сторонам Боба, привычно ища пути отхода, укрытия на пути, и точки, из которых можно будет атаковать с наибольшей внезапностью.
Сейчас, конечно, поднимать шум будет подобно приговору, но наёмник обязан быть готов ко всем развитиям событий.
— Боба, мы же не можем вернуться назад вот так? — прошептал Биба.
— Не можем Биба. Нас и так не прибили сразу, только потому, что Брага нашёл нас полезными, — хмуро кивнул наёмник.
— Сука, и вот надо же было концу света наступить во время миссии. Один выстрел и мы бы сейчас не сидели здесь, пытаясь прибить целого, мать его, Лорда, — проворчал Биба.
— Что поделать, Биба. Жизнь — та ещё несправедливая сука, — хмыкнул Боба, доставая из поясной сумки флакон, — Пей.
— Не хочу, — поморщился Биба, — Эта брага — не брага, а ссанина какая-то, честное слово.
— Не хочешь, но будешь, — вручил ему флакон Боба, — Иначе оба умрём.
— Знаю я и без тебя.
Где-то в желудке ухнуло, отчего его чуть не скрутило пополам. Но дело было сделано, а мана пошла снова к верхней планке.
— Мы ещё посмотрим — финальный или нет, — заверил его Боба, — Сбежать от Браги всё равно не получится. Возвращаться с провалом — приговор. Сдадимся этим после нашей выходки — также помрём. Что нам остаётся?
— Захватить мир? — заморгал Биба.
