Простившись с влиятельной Мэнфи и обещав вернуться в Вавилон как можно скорее, я провожу долгие часы, думая о том, что она мне рассказала. До сегодняшнего дня моя картина мира в этом инквизиторском городке была неполной — не было Архитекторов. В начале они были задуманы как некий супермен для контроля и управления всеми системами, но теперь я понимаю их важность и влияние на жизнь мелких жителей....
С другой стороны, если сравнение верное, то трясясь за свою шкуру, он всех сдаст.
А чтобы показания были точнее, лучше допрашивать всех вместе. Устроить им очную ставку.
— Ну что, рассказывайте, — киваю я, скрестив руки на груди, — И во всех подробностях…
* * *Фаладор, именно так назвался мужчина, оказывается, был знаком с Пастором ещё до попадания в мир Системы. Они жили в небольшом городке. Не в самом Салеме, как уточнил рассказчик, но недалеко от него.
Провалились они прямиком с заседания клуба книголюбов.
Но это заседание было особенным. На него Пастор пригласил молодую писательницу.
Юную звёздочку, что только-только набирала обороты в своей популярности и ещё не познала всех опасностей профессии.
В противном же случае она просто проигнорировала приглашение столь «выдающегося» клуба.
Пастор же на это и рассчитывал, поскольку реально крупный и известный автор в их «кружок по интересам» не придёт, а вот восторженный подобным вниманием новичок — просто идеальный кандидат.
Естественно, написала она какую-то чушь про наивную путешественницу и сурового, но галантного пирата.
Все участники клуба мечтали о том, что размажут эту мерзавку с её книжонкой, так чтобы ей было неповадно даже думать впредь о том, чтобы порочить великое имя Литературы.
Едва началось заседание, как все приглашённые провалились в мир Системы и получили стартовые артефакты. И пока любители литературы разбирались со своими подарками судьбы, они услышали голос юной писательницы.
— Смотрите, я лечу! Я могу летать!
Самый могучий артефакт, книгу с классом мага получила она. Не Пастор, отдавший всю жизнь служению литературе. Не умные и начитанные члены клуба. А какая-то вертихвостка.
И пускай она успела прочитать всего пару абзацев и отрывалась от земли только на несколько сантиметров. Смотреть на это было невыносимо.
— И что вы с ней сделали? — спрашиваю, стискивая зубы.
Мой собеседник бледнеет и начинает заикаться.
— Пастор сказал… он объявил… — блеет он, — он сказал, что это бесовство. Что магия противна человеческой природе, и это испытание для нас. Мы должны очистить новый мир от скверны.
