Голод стал почти невыносимым…
Испуганно села и уставилась в побагровевшие глаза вампира, даже не удивляясь, что он знает о моих желаниях. Видимо, связь между нами ещё не прошла.
— Почему вы не укусили Лизу? Вам же нужно, а девушка переживает: говорит, три дня прошло. Что это значит?
Ледышка переменился и нахмурился, вернув себе прежний равнодушный вид.
— Я разберусь с этим, — коротко ответил он и поднялся. — Сегодня мы спим вместе, — беспрекословно заявил клыкастый, очень меня удивив.
— Считаю это лишним, — как можно вежливее ответила я и натянуто улыбнулась.
Ледышка на секунду прикрыл глаза.
— Когда вы уже перестанете упрямиться? — риторически обратился он. — Это было не приглашение. Вы же видите, что вам плохо без меня, — а сколько уверенности в голосе. Ну уж нет, снеговик! Не на того ёжика напал. Гордость у меня всё-таки есть, а больше всего я терпеть не могу от кого-то зависеть.
— Я вижу, что мне прекрасно без вас, а вот вы скоро стены грызть начнёте. Специально себя голодом морите? Я не лягу рядом с голодным вампиром — это как добровольно сунуть голову в пасть крокодила. Оставьте мне хоть капельку самоуважения…
Ледышка плотно сжал челюсти, впервые показав так явно степень своего недовольства: бушующая ярость стала прорываться наружу. Плохо дело…
— Хорошо, — лаконично кивнул он и вышел, оставляя после себя пугающее чувство подвоха, словно меня провели. Слишком просто он согласился. Ох, чувствую, ждёт меня ночка страстная…
Из-за появления вампира и дневного приключения, я специально не ложилась спать, хотя рубило невероятно, я разве что не клевала носом в ковёр.
Фильмы смотреть не вышло: от проектора глаза быстро устают, и мозг отключается ещё быстрее. Попробовала есть — тоже не сработало: после вкусного обеда, по закону Архимеда, надо срочно лечь поспать, чтобы жир к бокам лучше прилипал."
"Поэтому решила взбодриться фитнесом. Небольшая растяжка на обе кривые ноги, прогиб в спине с хрустом… Тянемся к солнышку…ой, ой, что-то защемило, кажется, артрит. До дивана бы доползти.
И заняться-то больше нечем. Были бы краски, я может, Малевичем вторым стала б, или может, вышила картину крестиком: «Как у нас на Хуторе…», — если были бы нитки. Всё прямо как у бедной Федоры:
«А бедная баба одна,
И плачет, и плачет она.
Села бы баба за стол,
Да стол за ворота ушёл.
Сварила бы баба щи,
Да кастрюлю поди поищи!
И чашки ушли, и стаканы,
Остались одни тараканы…»
Прав был Чуковский: остались одни тараканы… Кофе скоро из ушей польётся, а до утра ещё… Ого! Ещё часа три, пока меня на завтрак не позовут. Интересно, а сегодня Ледышка возьмёт меня с собой?..
На этой приятной ноте я погрузилась в хаос.