Автор
В Лос-Анджелесе прохладный зимний день: адвокат смотрит, как его клиент, Габриэль Уильямс — окружной прокурор, поднимается на скамьи обвинения. Стоя по другую сторону стола от Джо Ридела, политического консультанта, они ждут начала заседания. Кровь приливает к лицу Уильямса, он готовится принять вызов, но уже в руки адвоката легла новая ловушка......
Интересно, он знает, что окружен? Вертолет должно быть слышно.
— Гарри говорил, что прибой под пирсом такой громкий, что хоть из пушки пали, не услышишь.
— Ладно, скоро будет ясно.
Минуту-другую мы смотрели молча, потом я спросил:
— Мэгги, девочки тоже смотрят?
— Нет, что ты. Они играют на компьютере в другой комнате.
— Это хорошо.
Голос комментатора монотонно бубнил, комментируя картинку на экране. Мэгги долго молчала, потом задала вопрос, который, видимо, мучил ее весь день:
— Холлер, ты думал, что дело может так обернуться?
— Нет, а ты?
— Нет, никогда.
— Угу.
— Что ж, по крайней мере Джессап спас нас от позора.
— В каком смысле? — удивился я. — Мы выиграли, и он это понял.
— Ты разве не слышал интервью с присяжными?
— По телевизору? Нет.
— Номер десятый твердит по всем каналам, что голосовал бы за невиновность Джессапа.
— Кернс?
— Ну да, тот самый, которого взяли на замену. Все остальные говорят — виновен, кроме него.
"Я смог лишь ошарашенно покачать головой. Все впустую. Один-единственный недовольный жизнью присяжный — и преступник на свободе! Мой взгляд вновь переместился с экрана телевизора к дальнему западному горизонту. Где-то там были Санта-Моника, Тихий океан, вертолеты над пирсом…
— Интересно, доведется ли Джессапу узнать об этом? — сказал я.
44
Четверг, 8 апреля, 18:55.
Солнце почти касалось океанских волн, отбрасывая сверкающую зеленую дорожку. Босх стоял плечом к плечу с Райтом с южной стороны пирса Санта-Моника. Оба смотрели на маленький темный экран, где мелькали непонятные тени. Райт командовал операцией по радио, Босх смотрел и слушал, но общаться мог исключительно через Райта.
Голоса по радио заглушал шум прибоя, не помогали даже наушники.
— Я пятый, мы внутри.
— Картинку! — скомандовал Райт.
Картинка на экране стала резче, и Босх узнал очертания складских бараков под пирсом.
— Вот эта. — Он показал дверь, через которую входил Джессап.
— О'кей, — кивнул лейтенант и снова заговорил в микрофон: — Вторая дверь справа, повторяю: вторая справа. Занять позиции!
Картинка помутнела и задергалась, потом выровнялась. Теперь дверь была ближе.
— Третий и четвертый… — Остаток фразы утонул в грохоте обрушившейся волны. — Третий и четвертый, не слышу.
— Третий и четвертый на позиции.
