В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
Пока девочка переодевается, вытираю разлитое шампанское, разливаю напиток в бокалы и сажусь в кресло, откидываясь на спинку.
Василиса выходит минут через пятнадцать, моя рубашка на ней, но застёгнута по шею. Спряталась. Мне остается лишь рассматривать ее красивые ноги, бедра. Неконтролируемо облизываю губы, фантазии несутся вперед меня, и эти ноги уже на моих плечах.
Бляяяя!
Закрываю глаза, пытаясь вернуть себе вменяемость. Слышу, как Василиса садится на диван. Открываю глаза. Девочка поджала ноги, спрятав и их от меня.
Беру бокал, протягиваю ей.
— За тебя, моя девочка, — чокаемся со звоном. — До дна, Василиса, — киваю.
— Снова спаиваешь меня? — усмехается.
— Да, — признаюсь я. — Хочу, чтобы ты расслабилась.
— Расслабилась для чего? — отпивает пару глотков.
— Ох, все ты знаешь, — ухмыляюсь и приподнимаю брови, когда Василиса вдруг осушает бокал до дна.
Это «да»?
Беру кусочек шоколада, тяну. Она пытается взять его, но я качаю головой и подношу дольку к ее губам. Ротик послушно открывается, вкладываю дольку между ее губ, намеренно их задевая.
— Теперь пей медленно, распробуй вкус напитка.
Начинает играть какая-то драйвовая музыка, где парень поёт о том, что его сердце в огне, и Василиса начинает слегка двигать плечами, подпевая одними губами. Замечает, что я наблюдаю, и замирает.
— Двигайся, детка, это очень красиво, — беру пульт, прибавляю звук. Василиса отпивает еще шампанского, прикрывает глаза и продолжает двигаться.
Надо о чем-то говорить, вести беседу, развлекая девочку, а я не хочу. Хочу тактильных контактов, вздохов, стонов. Снова прикрываю глаза, откидывая голову на спинку кресла.
— Андрей, — зовет меня Василиса, когда музыка стихает, открываю глаза, убавляю звук, заглядываю ей в глаза.
— Да, детка.
— Чего ты сейчас хочешь? — спрашивает, допивая второй бокал шампанского.
— Лучше тебе не знать, чего я сейчас хочу, — усмехаюсь, наполняя ее бокал снова.
— А я хочу знать, — капризно надувает губы.
— Ты сбежишь от меня, — качаю головой.
— А если нет?
Какая смелая девочка.
Всматриваюсь в ее глаза, начиная сомневаться.
Василиса ли это?
Или кто-то другой?
Беру клубнику, подношу ягоду к ее губам. Белые зубки сжимают мякоть клубники, сок брызжет на губы.
Ой, пи*дец!
По моему телу проходит судорога возбуждения.
