В уютной квартирке зазвучали знакомые слова — новость о потенциальном будущем супруге. Но здесь Нери выглядела не как обычно равнодушная сестра, а живой и возбужденной женщиной. В комнату вошла девушка, словно из другой жизни: манящая и загадочная — Ловушка для Котенка ждет своих жертв в самой обыкновенной досуговой компании....
Как и на всякого новичка, на меня посматривали с интересом, но никто не подошел. И хорошо — мне пока не до этого. Скорее хочется в душ, переодеться, осознать окончательно, что я уже далеко-далеко от дома… Ведь это первый мой самостоятельный полет, первое задание от Главы Рода, первая ответственность. И где-то здесь бродит Дейриган Каркано.
Задумавшись о нем, я поднесла стакан ко рту.
— Благочки!
От неожиданности я пролила немного жидкости на стол. Девушка, которая испугала меня громким приветствием, оказалась младшей.
— Я тебя испугала, да? Прости-прости, я не нарочно. Тебя вместе со мной заселили, да? Кэя Унсури, верно?
— Верно, — отставляя стакан, сказала я.
— А я Джуди Козловски! Рада познакомиться!
«Так вот откуда ты знаешь мое имя и номер комнаты», — подумала я, разглядывая девушку. Полненькая, низенькая, смазливо-сладенькая — как пирожное. Свои волосы у нее явно светлые, но она почему-то все равно вытравливает их до белесой платины.
— Я присяду?
— Да, — я просто не могла противиться ее напору.
Джуди бухнулась на стул безо всякого изящества и сообщила:
— Я на станции всего три дня, и никак не могу привыкнуть, что вокруг столько старших. А ты раньше общалась с другими расами?
— Не приходилось.
— Здесь у нас будет такая возможность, может, даже повезут смотреть на инсектоидов. Здорово, правда? Папа говорит, здесь еще и орионцы, и лирианцы работают.
— Как волонтер.
— Я тоже! — воссияла Джуди. — Большинство студентов здесь проходят практику, у них совсем другие программы. И все такие злобные, аж подойти страшно. Особенно центы. Ой, то есть, центавриане. А ты что не ешь? Здесь вкусно готовят.
Я попробовала яичницу, запила почти безвкусным напитком.
Джуди посмотрела на меня очень одобрительно:
— Ты хотя бы не кривишься, а все остальные центы… центавриане, кривятся. Ваша еда так сильно отличается от той, что едят все остальные? Ладно, ладно, не отвечай. Не буду больше тебя дергать, тем более ты кушаешь. И вообще — поболтать мы успеем в комнате.
