В бесконечной темноте пустыни, где не царит ни звезды, ни ветер, мир репликанта и его создателя Ивы Лебедевой разделила лишь полупрозрачная тень. Они обменялись недовольством за то, что один спрятался, а другой упустил время. Теперь они смотрят друг на друга через молчание — Оно в черной тени, она в ярко-синем платье, словно радуга, которая не может прорваться сквозь их замкнутый мир....
Ничего, малыш, теперь злой дядя Морти перестанет морочить тебе голову и спаивать разной гадостью, зато я займусь тобой вплотную. Тебе же нужна помощь?
— Ну начало-о-ось, — пробухтел Прародитель, отступая в тень и пряча за ворчливыми интонациями улыбку. — Впрочем, кто ему виноват, что он эти уши отрастил и стал похож на трогательного заблудившегося котенка? Это, конечно, не совсем то, на что я рассчитывал, но так даже лучше. Программа минимум выполнена.
Глава 11
— Кого там опять Прародитель принес? — страдальчески простонал Баад, откладывая паяльник и поправляя шнурок на стянутых в хвост дредах.
— Ну так открой. — Невозмутимый Эмеичи появился на пороге кладовки, где рыжий оборудовал мастерскую под свое хобби.
— Слуш, не будь колючей жопой с кольцом, видишь же, оторваться не могу, — страдальчески сморщился Кпинга, всматриваясь через лупу в хитросплетение старинных микросхем.
— Ну да, безумно важная работа — автоматический цвирк для развлечения твоих пушистых. Радиоуправляемый. На колесиках. Из деталей со свалки.
— У меня стресс, уже вторые сутки подряд. Надо же мне привести нервы в порядок? А снова выпить ты мне запретил… — пожаловался Баад, смешно зажимая антикварный «глаз часовщика» между бровью и нижним веком и снова берясь за тонкий паяльник. — Ты ж знаешь… к тому же мне обещали за эту штучку неплохо заплатить. Когда коты наиграются.
— Именно это внушает мне основные подозрения, — хмыкнул Эмеичи. — Настырные гости в последнее время обычно несут под мышкой проблемы.
— Стукни его этой проблемой по башке, — предложил Баад. — Может, отучатся ломиться… психи.
— Угу, а если там Прародитель? Тогда я тебя позову, сам бери свою проблему и бей ею древнейшего. А я воздержусь.
— Ржа, Ксан! Да мы препираемся уже минут пять, двадцать раз уже б кто-то сходил и открыл! И ваще, Прародитель не стучится, у него дурная привычка возникать прямо посреди гостиной без приглашения.
— С-с-с… сам за собой убирай. Размечтался… — раздалось ему в спину.
Тем временем Кпинга состроил зверскую недовольную рожу и открыл дверь:
— Ну с какой ржи вы ту… эм… — На портальной площадке было пусто. То есть, как оказалось, на уровне глаз — пусто.
— Мя, — раздалось откуда-то снизу, и Баа опустил голову.
