Когда понимаю, что осталась никем не замеченной, приподнимаюсь, пытаясь не обращать внимания на боль. По ноге течет кровь, руки тоже ободраны, но это фигня. Главное сбежать отсюда. Я встаю, мелкими перебежками пробираюсь к калитке, пытаясь избегать освещенных мест. Когда остается всего ничего, слышу голоса и хлопнувшую дверь. Я стою за деревом, в тени, но мне становится безумно страшно. Мужики курят на крыльце. Ржут, отпускают грязные шутки по поводу того, что их шеф сейчас может делать со мной.
Один из них говорит:
— Подожди.
И тебе достанется. Ты же знаешь, шеф обещал, что отдаст ее нам, как только наиграется. Как обычно, пообещает, что отпустит, натрахается сам, а потом и мы развлечемся. А там хорошая задница и сиськи. Я успел немного потрогать, пока заталкивал в машину. Так что жди!"
"Они заходят в дом, а я стою, ни жива, ни мертва. По щекам катятся слезы, ужас все еще держит меня. Боже! А если я не выберусь? Они же сделают то, о чем говорили. Нет. Лучше я сгину в лесу, лучше сдохну, но этим козлам?не достанусь.
Эта мысль придает мне сил. Я нахожу в связке самый большой ключ. Думаю, именно он от калитки. Подбегаю к ней, руки дрожат так, что не могу попасть в скважину. Кое-как получается вставить ключ, но он не поворачивается. Дергаю сильнее, бесполезно. Понимаю, что это единственный шанс, если не получится, мне конец. Дергаю ручку, она поддается, калитка, оказывается, была?открытой, раздается громкий скрип, который бьет по нервам и заставляет замереть от ужаса. Но только на мгновение. Потом я закрываю калитку и бросаюсь в темный лес, подальше от освещенной территории.
Бегу, не разбирая дороги, ветки хлещут по лицу, в голые ступни больно впиваются камни и ветки, но я не останавливаюсь. Меня гонят страх и ужас, уже пережитый кошмар и то, что еще может произойти, если я попаду в руки тех ублюдков. Легкие горят, все тело в огне, но останавливаться нельзя. Понимаю, если замедлю бег и остановлюсь, больше не встану. Бегу до тех пор, пока не спотыкаюсь, подвернув ногу. Падаю, скатываясь в какой-то овраг.
Долго лежу, хватая ртом ледяной воздух. Когда дыхание немного восстанавливается, переворачиваюсь на спину, смотрю на звездное небо, на большую луну. Небо такое прекрасное и совершенно безразличное к нам, мелким людишкам, которые страдают, плачут, умирают здесь, внизу. Вспоминаю Костю. Может, он тоже смотрит на эти звезды? Может, когда-то мы еще сможем вместе посмотреть на них? Эта мысль придает мне сил. Я приподнимаюсь, пытаясь осознать, что я выбралась.
