Автор
В душе прорывается боль и отчаяние - каждое слово из этих записей как кислота, рвущая дыры в сердце: "Он позвал меня на свидание", "Сегодня впервые поцеловал", "Сказал, что любит". Но писать о том, что стало лишь месяцем после "отношений", становится невыносимо.
Все очень серьезно, — честно признаюсь я, — у меня возникли проблемы на работе, и я не знаю, как их решить.
— Какие проблемы? — с улыбкой спрашивает этот гад. — Ноготь сломала или опять с нарядом ошиблась?
— Костя, сарказм — низшая форма остроумия и тебе не идет. Я уже говорила. А проблемы с договором, который пропал с моего стола. Если я не придумаю, как его вернуть, работать здесь мне осталось недолго, — выдаю на одном дыхании.
— Натали, я тебе искренне сочувствую, только я здесь причем? Мне все таки придется набить морду твоему начальнику? — по тону понятно, что даже выслушать меня нормально не настроен.
— Это договор с фирмой Егора. Вчера он лежал у меня на столе, а сегодня его нет. Я, конечно, предполагаю чьих рук это дело, но доказать что-то будет сложно.
— Понятно. Даже если так, повторяю вопрос: я здесь причем? — конечно, не причем блин, просто ты моя последняя надежда! Только я никогда так не скажу! Или скажу? Ладно. Последняя попытка.
— Костя, я понимаю, что ты не обязан помогать, я даже не уверена, что ты можешь помочь. И все же. До Егора я дозвониться не могу, до Вероники тоже. И что еще придумать, я не знаю.
— Конечно, не можешь дозвониться. Они на даче, отдыхают. Им не до нас и точно не до потерянных договоров. А может, стоит его просто поискать? — вот гад! Скажи просто, могу помочь или нет!"
"— Ты меня принимаешь за идиотку? — терпение мое все же лопается. — Ладно. Не хочешь помогать, не надо. Сама что-то придумаю. Пойду Ленке морду набью, раз ты не хочешь набить ее моему начальнику, — открываю дверцу и собираюсь выйти, но чувствую руку на своем запястье.
— Сядь! Какая ты резвая! — я возвращаюсь, смотрю на Костю. — Я еще ничего не сказал. Успеешь еще Ленке морду набить. Думаешь, это она договор стырила?
— Уверена. Вчера вечером он точно был у меня на столе.
— Ладно. Давай конкретнее. Что за договор? С какой именно фирмой? У нас с Егором их несколько. О чем и так далее.
Я рассказываю все, что знаю, Костя задумывается, потом набирает чей-то номер:
— Привет, Захаровна! Как дела? — что за хрень? Какая Захаровна! Дальше вообще начинается цирк.
Потом слышу:
— А как рыбалка? Рыбы там хоть Егорке оставила половить? — это уже интереснее. Костя долго слушает, потом говорит.
— Вот, Захаровна, мне как раз это и нужно. Не могу ему дозвониться. Опять, наверное, телефон закинул.
