- Я скучал по тебе, Энни..."
"Темнота сгущается, мужчина неожиданно оказывается рядом, его властные губы жестко захватывают мой рот, а грубые руки расстегивают платье и по-хозяйски оглаживают грудь. Боги, помогите мне! Хриплый рык незнакомца отзывается в самой глубине моего естества. Да, что со мной такое? Хочется оттолкнуть незваного ночного гостя и, одновременно, прильнуть плотнее, ощущая, как, от неторопливых круговых движений его ладоней, между бедер разгорается пожар. ""Нет! Не надо!"" - шепчу припухшими от поцелуев губами, и пытаюсь вырваться, но мужчина, что так уверенно обращается с моим телом, запускает руку под тонкий шелк сорочки, резко дергает завязки панталон и безошибочно находит пульсирующую горячей болью точку. Одно касание, другое... И мой придушенный крик возмущения неожиданно перерастает в томный стон, а желание сопротивляться растворяется в порочном удовольствии
- Ну, же, давай, покричи для меня! У тебя хорошо получается...
Наглые пальцы врываются внутрь, набирают темп,то легко, едва ощутимо касаясь изнывающего лона,то погружаясь на всю длину. Твердые губы проходятся по поДбороДку, спускаются ниже, к неистово бьющейся жилке на шее и ненадолго замирают на ней, словно выпивая пульсирующую жизнь, а потом, мужчина склоняется к груДи,и тело пронзает резкая боль, сменяющаяся пьянящим наслажДением. Сосок, на котором сомкнулись губы мучителя, остро ощущает запретные ласки - зубы, прикусывающие чувствительную плоть; язык, нежно зализывающий места укуса; горячую лаДонь, накрывающую ноющее навершие...
- Скажи, - раздается хриплый шепот, но разум, плавающий в тумане наслаждения, не в состоянии понять, чего добивается незнакомец.
- Имя... Скажи мое имя...
Грубые пальцы распинают меня изнутри, наказывая своей медлительностью и неторопливостью. Сердце бьется, как сумасшедшее, дыхание срывается стонами, пожар, полыхающий в крови, грозит вырваться наружу, но мой мучитель не торопится Дать мне освобождение.
- Скажи, Энни... Назови мое имя! - настойчиво твердит он.
- Себастиан! - не в силах терпеть невыносимую пытку, громко кричу я. - Себастиан... - захлебываясь в обрушившемся на меня шквале судорог, исступленно шепчу ненавистное имя.
- Да, Энни... Да...
Темнота ширится, подхватывает меня в своих объятиях, поглощает бьющееся в экстазе тело...
Открыв глаза, подскакиваю на постели и непонимающе оглядываюсь по сторонам. Что со мной происходит? Сердце истошно колотится, руки дрожат, набухшая грудь болезненно ноет под легкой шелковой рубашкой, а между ног... Боги, что это? Вязкая влага насквозь промочила тонкие панталоны и оставила следы на батистовом белье. Щеки опалило огнем. Это... То, что со мной было... Это, что же...