Попросил Ранса присмотреть за девушкой, но, пока разговаривал со стражниками, та умудрилась вскочить на лошадьи рвануть к открытым воротам.
Давно мне не было так страшно. Не знаю, что произошло,только смирная армячка словно взбесилась. Она постоянно взбрыкивала, норовя сбросить наездницу, и мне с трудом удалось усмирить доргову кобылу.
Анна была страшно напугана. Когда я посадил ее впереди себя, она прижалась ко мне, доверчиво откинувшись на грудь.
В тот момент, я ещё не понял, что произошло. Мое сердце... Впервые за долгие годы я услышал его стук. Сарташи унаш! Это было... неожиданно.
Я держал в объятиях прекрасную, хрупкую девушку и понимал, что пропал. Тот сладкий яд, что отравил меня с нашей первой встречи, проник в кровь, разбередил душу, растопил лед и заставил меня признать свое поражение.
Да. Я лгал. Лгал самому себе. Собирался. (зачеркнуто)
Уверял, что мне безразлична нежная красота Энни. Презрительно смеялся над теми чувствами, что испытал, впервые увидев невесту брата. Пытался забыть ее чудесную улыбку и чистый,искренний взгляд прекрасных серых глаз.
И, вот,теперь, когда мое сердце избавилось от оков льда, я впервые честно признался самому себе, что пропал. Гулкий стук, раздающийся в груди, со всей очевидностью доказывал, что для меня все кончено. Я встретил свою пару, но нам никогда не суждено быть вместе.
Артур... Я не смогу лишить брата шанса на счастье. Его сердце... Я ведь слышал, как оно забилось, при одном только взгляде на портрет незнакомой тогда южанки.
Какая ирония судьбы! Одна пара на двоих... И никакой надежды для одного...
14 реденя.
Мы в Ругдене. Старое родовое гнездо Торнов выглядит заброшенным. Похоже, со времен лорда Кронида сюда никто не заглядывал.
Анна чувствует себя немного лучше.
Поселил ее в розовых гостевых покоях.
Поручил заботу о ней служанке. Стараюсь не встречаться.
Надеюсь, я смогу... Сумею перебороть себя.
15 реденя.
Никогда не думал, что так слаб.
Если днем еще как-то удается удержаться от того, чтобы не встречаться с Энн, то ночью... Ночью я не в силах быть от нее далеко.
Не предполагал, что любить - это такая мука. Видеть Энни и не иметь возможности прикоснуться к ней...
Ты жесток, Единый. Ты сумел найти единственный способ меня уязвить.
16 реденя.
Она звала меня. Звала... И плакала. Единый, я не могу видеть ее слезы!
Всю ночь просидел у ее постели, а под утро...
Энни так рыдала! И просила обнять ее... Я не мог слышать этот нежный голос, умоляющий помочь...
Да. Я обнял ее... А потом...
Я подлец.
Сам не понял, как это произошло.
Безумный вкус ее губ, горячечный шепот, низкий стон...
Мои руки, касающиеся ее груди... Ее частое дыхание... Быстрый стук сердца под моими ладонями...
Безумие, охватившее меня, когда я услышал свое имя, произнесенное не с ненавистью, а со страстью...