У меня нет другой семьи, кроме Катрин. Не было, — поправляясь, видя широкую улыбку Ланы. Конечно, пытается скрыть и не показать, но мои слова ей приятны. — И я никому не могу доверить своё детище. А наследство… За него будут цапаться родственники, вечные суды.
— Подожди. Но ведь раз есть семья…
— Я им не доверяю. Мой отец умер давно, — ненавижу эту тему. Напоминание, что все мы смертны. И некоторым не суждено дожить даже до сорока. — И никто не помог. Они отвернулись, а потом пришли с протянутой рукой. Никому из них я не собираюсь оставлять ни рубля.
— То есть… Ты тянешь с разводом, чтобы отдать всё Катрин и ни у кого не было вопросов по этому поводу? — кивает сама себе, отводя взгляд. — Почему нельзя провернуть потом? Не знаю, дарственные и всё такое… Я не…"
"— Будет миллион вопросов, поднимется шумиха в прессе. Тигран Мирзоев подарил бывшей жене яхту.
— У тебя есть яхта?
Девушка хлопает глазами, едва приоткрывает рот. Серьезно? За это я удостоился целого разноса в новостях. О том, как отдыхают олигархи и прочий бред.
Лана хоть умеет гуглить? Почему такое ощущение, что любая информация обо мне — как шокирующая новость. Или просто хочет всё узнавать от первоисточника?
— Есть. Хочешь покататься, пока я не стал банкротом? Что скажешь, мышка, захочешь быть со мной тогда? Или всё-таки позволишь сделать несколько подарков, пока я могу?
— Ты… Если ты думаешь, что мне нужны деньги! То ты…
— Тише, — накрываю её ладони, сжатые в кулаки. Боевая мышка. — Я серьезно, Лана. Позволь мне сейчас обеспечить тебя. Конечно, я не останусь без денег. Но опять же… Схемы, махинации, время. Сейчас намного проще купить квартиру для тебя и малыша, для нас.
Даю ей время всё обдумать. Даже немного жаль, что Лана не из-за денег. Тогда бы было всё проще. Никакой откровенности, проблем, разборок. Но девушка светлая и чистая.
У неё принципов больше, чем могу рассмотреть. Предаёт их, ради меня. И это пиздец как приятно. Тянет в душе, напоминая, что у меня ещё есть время. Живой, чувствую.
Рядом с мышкой жить хочется. Бороться и делать так, чтобы у нас всё было. И было это тупое «мы». Поэтому и доверяю свои тайны, хотя до этого знали только мы с Катрин, после её телохранители.
И теперь Лана.
— Хорошо, да. Я не о покупках! О том, что могу понять. Наверное. Но… Ты хочешь быть со мной, а… Я беременна, ты ведь понимаешь? От ребёнка не избавиться, не отдать потом. И никакого аборта и…
— Это не проблема, мышка.
— Тогда почему это было проблемой в марте?! Почему, черт тебя дери, в марте ты отправил меня… Ты… Я тебя не понимаю. И не уверена, что хочу понимать. Правда. Ты сказал мне сделать аборт. Ты! А теперь говоришь, что ребенок не проблема?!
— Да, мышка. Потому что это не мой ребёнок.
— Прекрасно.