Автор
— Завтра ты сделаешь аборт, Лана. И эта проблема будет решена.***Моя первая влюблённость закончилась разбитым сердцем и двумя полосками. Тиграну Мирзоеву не нужен ни ребенок, ни я. Только почему столкнувшись снова, мужчина не дает мне уйти? Ведет себя так, словно я все ещё его. Преследует и не дает сбежать.***— Я ухожу, Тигран. Ты сделал мне больно достаточно.— Ты никуда от меня не уйдёшь....
Шучу, отставить грустные глазки. А теперь поужинаем спокойно?
— Расскажи мне ещё, пожалуйста. Это решит все проблемы?
— Ну, память будет ещё скакать, раздражительность по утрам продержится до конца лечения. Скорее всего, нужно будет каждые полгода проверяться.
— Полгода это не страшно.
Произношу и понимаю, что это действительно так. Нет ничего страшного, ужасного в этом. Сейчас надежда слепит, сжигает меня заживо. И я не могу не хвататься за неё.
Мне нужно — нужно — чтобы всё было хорошо. Потому что я не представляю жизни без Тиграна.
Даже без наших споров не смогу, без попыток Тиграна оставить меня без работы. И моментов, когда он всё решает за меня. Потому что это, иногда, мне тоже нравится.
Я не чувствую вкуса блюд и не очень запоминаю, что происходит. Я просто наслаждаюсь Тиграном, ловлю каждую часточку, момент. Дальше операция, и это тоже пугает.
Но сейчас мы только вдвоем, и я будто набираю этих моментов, ловлю каждый, чтобы потом наслаждаться.
Глава 56. Лана
— Операция будет долгой, вы не обязаны ждать в больнице.
В этот раз врач говорит медленнее, разделяет слова и понять его английский очень легко. Я не знаю, попросил ли об этом Тигран или мужчина сам видит, насколько я нервничаю.
Моего мужа увезли на операцию. И когда она пройдёт успешно — самое страшное останется позади. Этот сукин сын не умирает, не умирает! И это лучшие новости за всю мою жизнь.
— Я никуда не уеду.
— Ваше право. У нас есть комната отдыха или чудесная зона возле администрации. Если что — вас позовут.
— Хорошо.
Я могу съездить и на квартиру. Как только Тигран лег в больницу, он тут же снял апартаменты рядом с морем для меня, нашел людей, которые доставят все вещи. И от них до клиники всего десять минут пешком."
"Но я не могу заставить себя уйти. Знаю, что ничего не решу, но всё равно топчусь на месте. Прогуливаюсь до кофейного автомата, покупая сладкий чай.
Если что-то случится — мне сообщат.
Когда операция закончится — мне сообщат.
Чтобы не произошло — мне сообщат.
Только всё равно вздрагиваю от каждого движения. Вслушиваясь в разговоры испанцев, ничего не понимая. Но их громкий голос, весёлый, даже в таком месте, поднимает чуточку настроение.
Тигран запретил мне нервничать, но ничего не получается. Всё равно мыслями возвращаюсь к нему.
