Внутренняя безопасность отстроила ловушку для потенциальной террористки, но их план разыгралась в невероятном масшателе. Вечерний звонок Данила Гордеева срывает молчание и заставляет прозревать скрытые угрозы в городской атмосфере.
Друзей было трое…
В этот момент хлопнула входная дверь, и я, торопливо извинившись перед Мирой, вылетела в коридор.
— Где Виктор? — придушенно вскрикнула, опасаясь напугать ребенка, но не умея сдерживать эмоции.
— Виктор? — скривил губы Мит и, не наклоняясь, стянул спортивные ботинки один за другим.
— Виктор, да! Где он?
— И где по-твоему он должен быть? — спокойно спросил охотник, проходя мимо меня в кухню. — У нас еда есть?
— Ты издеваешься? — прошипела я.
— А тут как в сказке, — ядовито усмехнулся Дмитрий, — сначала накорми, а потом спрашивай.
Рванула дверцу холодильника и достала из него все, что могло сойти за ужин, не потрудившись ничего разогреть.
— Так не пойдет, — протянул охотник, взял нож и принялся сооружать толстый бутерброд. Загрузил его в разогревочный шкаф и бросил мне:
— С чаем хотя бы справишься?
— Что. Случилось. С. Виктором? — процедила я, не сдвинувшись с места.
— Что такое, Свята? — спросила Мира, заходя в кухню и сразу залезая на свободный стул.
— Будешь? — предложил ей Дмитрий свой ужин, но девочка, придирчиво изучив этажи высокого бутерброда и углядев нелюбимые овощи, отказалась.
— Все нормально, малышка, — выдавила я.
— Вы ругаетесь? — подозрительно поглядывая на нас по очереди, спросила племянница.
— Нет, конечно, — весело ответил ей Мит и выразительно посмотрел на меня.
— Конечно, нет, — подтвердила я, прикрывая глаза, чтобы спрятать отчаяние.
— Ладно, — приняла решение Мира, — я тогда пойду читать дальше. В книжке они уже в мир призраков попали.
— Хорошо, малышка, — пробормотала я, окончательно закрывая глаза.
Пауза вытравила из меня гнев, оставив только страх и безысходность. Слезы просочились сквозь ресницы, скользнули по щекам. Я закинула голову, и теперь теплая влага сбегала куда-то за шиворот рубашки.
— Ненавижу, когда ты плачешь, — почти выкрикнул Дмитрий, но я не отреагировала.
Спазмы стискивали горло, прорываясь беззвучными рыданиями. Почему все так сложно? Когда пропала Мира, несмотря на отчаянное беспокойство за нее, я была уверена, что девочка жива.
— Прекрати реветь, — резко бросил Дмитрий и выдохнул, сдаваясь. — Я все расскажу.
Глава девятая
""Счастливый человек — это тот, кто ни с кем не готов поменяться местами"".
Виктор Логинов.
— Что значит, нельзя отпускать? — потрясенно переспросила я.
— Он сам сжёг все мосты, — жёстко сказал Мит.
