Ловушка: Встречные взгляды и уважение, но с некоторым недовольством — так Гуров относится к водителю машины. Сегодняшний день не клеился, и Лева поискал пути вырваться из этой ловушки, придумывая различные способы выбраться из неприятной ситуации.
Лева подвинул ежедневник на место и кивнул, что означало: согласен, кончаем изображать невесть кого, будем сами собой.
Толик ничего не понял, рванулся вперед, быстро заговорил:
– Ну что? Что? Чего там мадам понаписала? Я ничего не знаю, днем тут не был. – Он хотел взять календарь, Гуров его отодвинул и закрыл.
– Я ошибся, Толик. Извини, – сказал Качалин.
Совершенно неожиданно для себя самого Гуров спросил:
– Игорь Петрович, вы не разрешите мне здесь побыть одному?
Качалин переступил с ноги на ногу, кашлянул почему-то в кулак, что так не вязалось с его элегантным видом, пожал плечами, вновь переступил, вновь кашлянул.
– Игорь Петрович, я буду сидеть за столом и писать, а вы с Анатолием побудьте на кухне. Хорошо?
– Ради бога! Ради бога! – торопливо заговорил Качалин. Казалось, что его удерживала невидимая пружина, которая вдруг лопнула и освободила, теперь, свободный, он пытался наверстать упущенное и оправдать неловкую паузу. – Чувствуйте себя как дома.
Качалин взял Толика под руку, вывел из кабинета, плотно прикрыл за собой дверь.
Оставшись один, Гуров первым делом крутанулся с креслом, сделать полный оборот не удалось, коленки задевали за тумбы стола. Взяв гусиное перо, Лева столбиком написал: «Сосед.
Хозяина с гостем оставлять одних на кухне не опасно, договориться ни о чем они, безусловно, не смогут – сейчас враги. Возможно, они были врагами изначально, вынужденно терпели друг друга, такова была воля хозяйки.
Елена Сергеевна Качалина, она была стержнем, магнитом и движущей силой этого королевства. В конце концов один из вассалов не выдержал и решил вырваться на свободу.
![Обложка книги Горячее прошлое [сборник]](/uploads/posts/images/1/goriachee-proshloe-sbornik.jpg)
