Автор
В Лозе под снегом розы вызывают тревогу - именно эти цветы всегда присылает муж Кати. С её развитой интуицией каждый из них связывает тайны и загадки, открывая двери в будущее, где неясность сменяется ненавистью к прошлому.
С окружающей обстановкой оно не гармонировало совершенно, но Нинель тут же почувствовала свою собственную неуместность в этом зале среди этих людей.
Все они, что называется, хозяева жизни, а она наемный персонал, фактически прислуга. Как официантки в белых фартуках и наколках на голове, стоящие у стены и ожидающие распоряжения подавать основные блюда.
Нинель незаметно оглядела себя и свой рабочий наряд, который с утра так и не успела сменить. Черные брюки, сиреневая шелковая блузка, поверх нее элегантный пиджак в тон.
К ним вышел хозяин базы, Александр Федорович Аржанов, статный, подтянутый мужчина за пятьдесят, тоже одетый в костюм без галстука. За ним следовала красивая и на вид очень славная женщина лет сорока, также одетая в брючный костюм и шелковую блузку. При виде ее Нинель слегка приободрилась.
– Знакомьтесь, это моя жена, Злата Александровна. Злата, это мой старый друг, а с недавнего времени еще и деловой компаньон Артем Павлович Докучаев.
– Очень приятно. – Шеф припал к ручке прекрасной жены друга. – Можете звать меня просто Артем.
– Тогда я просто Злата.
– Позвольте представить вам мою жену Паулину. А это моя помощница Нинель. Работает у меня без году неделя, а я уже без нее как без рук. Скоро совсем разучусь самостоятельно что-либо планировать.
Нинель в изумлении уставилась на него: шутит, что ли, – и покраснела.
– Очень приятно. Хорошие помощники сейчас на вес золота, поэтому я своих очень ценю.
Аржанов оглядел ее с ног до головы. Взгляд у него был острым, внимательным, но не колким. Несомненно, оценивающим, но не неприятным.
– К столу, к столу! – провозгласил он."
"Еда была действительно такой вкусной, что Нинель все время контролировала себя, чтобы не накидываться на нее с жадностью и, не дай бог, не вылизывать тарелку. Каждый салат, который она пробовала, был произведением искусства, холодное мясо таяло во рту, паштет из печени кролика божественно пах, сыр острый, что называется, со слезой.
Выхлебав всю тарелку, она откинулась на спинку стула, чувствуя, что от ощущения сытости у нее даже затылок вспотел.
