В засыпающем бараке шум ветра и пение птиц — единственные разрушители спокойствия. Искренние тихие вздохи заключенных быстро перерастают в жестокую драку, когда они решительно бросаются к людям из лагеря. Вопли отчаяния и надежды заставляют барабанить сердца каждого узника, готового вырваться на свободу — или не погибнуть в этом адском месте....
— С того момента, как он попал в плен?
— Чуть раньше. В какой части он служил, и кто там был командиром. Помнишь?
— Да. — Митьков напряг память и назвал номер части. — Командиром был подполковник Кузьменко Иван Григорьевич.
— Почему был? Может, и сейчас есть. Но даже если и был, ладно, рассмотрим все варианты. Если этот Кузьменко еще жив, то при любом раскладе он может подтвердить, служил ли в его части рядовой Захаров Павел Владимирович или нет. Если нет — это очень весомая улика против него. Если да — то о нем можно что-то узнать.
— А где сейчас эта часть? — уточнил старший лейтенант.
— Хороший вопрос. Если бы я мог все знать, то не гадал бы насчет Захарова. — Дмитрий встал и подошел к висящей на стене карте.
Михаил возник рядом.
— Думаете, тоже здесь, в Белоруссии? — склонил он голову.
— Сказал же, не знаю. — Дмитрий потер подбородок. — Вот что, Миша…
— Да? — с готовностью откликнулся тот.
— Сходи в местную комендатуру и выясни про эту часть.
— «Корочки»? — удивленно переспросил парень.
— Ну, ксиву. Удостоверение.
— А, да, получил.
— Вот и славно.
— Мне сейчас идти?
— Нет, не сейчас. — Юркин вернулся на место. — Мы еще разговор не закончили.
Митьков присел рядом.
— Значит, что мы делаем сначала, — продолжал капитан. — Ты выясняешь про воинскую часть, командира и все остальное. Если повезет и часть окажется где-то поблизости от нас, наведаемся туда.
— Ну, так он сказал, — ответил старший лейтенант. — Хотя южного говора я у него не заметил. А я ведь с выходцами из тех мест бок о бок воевал не один день.
— Ну, это еще ни о чем не говорит. Он может быть родом вообще из других мест, а в Ростове, или под ним, успел недолго пожить до войны.
— Да вроде бы он откуда-то… — Михаил пощелкал пальцами.
"— Вот тебе и ответ. Астрахань, конечно, тоже юг, если не ошибаюсь, к морю выходит, но места другие. Поэтому и говора нет. Добро бы он там всю жизнь прожил, а так… Кстати, интересно, он на фронт отправился сам или призвали?
— Это имеет значение?
— В нашей работе, Миша, все имеет значение. Бывает, что мелочь, а роль играет. Призывался, скорее всего, ростовским военкоматом. Ну, точнее, через него ушел.
