– Я поеду… Вот здесь, – она схватила мой ежедневник, – пишу свои координаты. Жаль, нет зарядного устройства, я бы…
– Какой марки телефон? – деловито осведомилась подруга. – «Сонька»? Сейчас будет тебе зарядное. Лешик аппарат сменил, прежнее зарядное не подходит. – Подруга вихрем унеслась и вихрем принеслась назад. – Номер прежний?
Татьяна, лихорадочно убирая зарядное устройство в сумку, это подтвердила. Руки у нее тряслись. Я понеслась за деньгами. Татьяна схватилась за сумку…
– А что мы все дергаемся? – неожиданно спокойно произнесла Наташка.
– В запасе не менее часа. Мы обсудили все, что надо. Экстренная связь будет. Танюша, у тебя есть АОН?
Живая покойница кивнула головой и сказала «нет».
– Тогда нужен пароль. Будем звонить тебе на мобильник, сразу его называть. А пароль, – она оглянулась по сторонам и ни с того ни с сего брякнула: – Пылесос!
– Это ты к чему? – насторожилась я.
– К тому, что тебе пора квартиру пылесосить. Мне тоже. Двойной эффект. Будешь называть пароль – лишний раз расстроишься.
Или наоборот – обрадуешься… – Она развернулась к Танюшке: – Татьяна! В понедельник договариваемся с тобой и едем в консультацию. Не знаю, какие там у вас в деревне врачи. Надо убедиться, что все в порядке. Одевайся и не торопись. Все под контролем. Если будешь звонить сюда и напорешься на наших… любимых, сразу пищи: «Это казино?» Это точно мужиков разозлит, и они поделятся своей злостью с нами. А мы изыщем возможность сразу же с тобой связаться. Поезжай спокойненько. И попробуй превратить свое пребывание в гостинице в отдых.
Наслаждайся тем, что не надо спешить на работу. Приедешь – позвони. А мы тут продумаем вопрос о коллективной поездке в твою Таложню…
Татьяна собралась быстро. Ежик темных волос задорно топорщился, глаза лучились благодарностью. Мы проводили ее до выхода из подъезда и распрощались. Она торопливо пересекла двор и направилась в сторону метро. Ничего подозрительного мы не заметили.
На своей лестничной площадке невольно замерли. В квартире Анастас Ивановича шел разговор на повышенных тонах.
Причем повышенным тоном пользовался только Степан Иванович. Нежный тенор сыпал громкими обвинениями и временами срывался на детский альт. Анастас Иванович что-то ворковала в ответ своим глубоким контральто. Мы немного замешкались с решением разойтись по квартирам. Обещали помочь бедняжке, но времени катастрофически не хватает. Все равно до отъезда надо ее проблему решить. Не сговариваясь, зашли ко мне.