Я забыла про твой приход - все эти торжества начались еще до того, как я проснулась. А ты прямо с улицы на поминки выскочил, чуть руку не обожгла в кастрюле горячего бульона. Теперь понимаешь, почему я была отсутствующей? Я вовсе не виновата, просто мне было совсем другое дело, как ни крути!...
"
"– Какой нормальный человек анальгин сладким компотом запивает! Или чаем. Только водой. Иди теперь, сахарная, отстирывайся. И температуру, кстати, сбивают только после тридцати восьми.
– А зачем ты мне по щекам надавала? Кстати, не первый раз!
– Надо же! Без сознания была, а помнишь. Какая ты злопамятная, однако! Кто ж знал, что ты от компота сразу оклемаешься? Вот и надавала. Так сказать, для закрепления лечебного эффекта. И вообще, хватит трепаться. Тебе помочь с головомойкой или сама справишься? Что-то ты еще не очень…
Я поспешно отказалась от помощи.
– Ну смотри! Только вот это все выпей. Если анальгин приняла, температура наверняка спала. – Наташка потрогала рукой мой лоб, задумчиво подняв глаза к потолку: – Значит, эту таблеточку убираем. Экономия опять же…
Только я встала с табуретки на дрожащие ноги, как раздался робкий звонок, заставивший меня занять прежнее положение. Дверь тихонько приоткрылась, и в проеме показалась аккуратно причесанная голова Анастас Ивановича:
– Ой, девочки, вы обе тут? Помощь не нужна?
Мы как можно беспечнее замахали руками и заулыбались, сопровождая свои действия благодарным «нет».
– А теперь – все по порядку, – скомандовала Наталья, усаживаясь в кресло, предусмотрительно подвинув его к дивану.
На диване полулежала я, слабыми руками пытаясь надавить на пластиковый флакон спрея для носа и одновременно вдохнуть лекарственные пары. Очевидно, что-то разладилось в моем организме.
– Та-а-ак! Это в программу не входило. – Наташка ловко схватила подвернувшийся под руку доклад дочери с умным названием «Профилактика вирусных инфекций» и загородилась. – О! Какой нормальный человек спрей в нос ложками льет? – донеслось из-за плотных страниц.
Я не ответила – нещадно драло и нос и горло. Наташка, поняв, что в ближайшую минуту огрызаться я не смогу, прочла стихийно возникшую нотацию на тему преступной безалаберности некоторых идиоток, которым за сорок. К тому моменту, когда, по мнению подруги, процесс моего воспитания закончился, она отняла от физиономии доклад, а я закрыла глаза и сделала вид, что сплю.
Наташка пришла в замешательство.
