Автор
В России начала двадцатого века, где власть была непредсказуемой и жестокой, произошел трагический инцидент. Молодой студент Карпович прикончил министра народного просвещения за несправедливое решение. Это событие стало отправной точкой для безумных изменений в стране, когда власть потеряла контроль над своими подданными....
– Я все понял, господа! Явиться ночью к Филиппову, а потом незаметно исчезнуть мог другой человек. И только он, никто другой. Другого доктор бы не впустил.
– Кто он? – спросил Алексей Николаевич, схватив осведа за плечи.
– Яшка Грилюк, вот кто.
– Грилюк? Это студент-анархист?"
"– Именно. Посудите сами, господа. Знаете, какая у него кличка в ихней среде? Яшка Бешеный. Он неуравновешен, быстро теряет самообладание. Психический, ей-ей психический! Ему человека убить раз плюнуть, ежели того требуют высшие идеалы анархизма.
– Погодите, Химик, – осадил агента Алексей Николаевич. – Зачем Грилюку убивать Филиппова?
– Он дурацкий, путаный тип. Анархист-пацифист, представляете, что у него в голове творится? Как миролюбец, Яшка и прибил доктора.
– Так и не понял, с какой целью.
– Ну, партия дала ему задание завладеть подрывным аппаратом Филиппова. Тому до конца экспериментов оставалось всего ничего. Анархисты могли подумать, что они сами справятся, доделают из лабораторной установки действующий образец.
– А ведь верно, – пробормотал Сазонов.
Подбодренный Финн продолжил:
– Грилюк был вхож к изобретателю, видел аппарат. Знал, что тот собирался обнародовать свое открытие. И нанес упреждающий удар.
– А как он вошел и вышел? – азартно спросил подполковник.
– Залез со двора через окно и так же удалился. Яшка ловкий, ему это ничего не стоит.
– И унес с собой бумаги? – подхватил Лыков.
– Точно так. Не все, а самые важные.
– Но как тут оказались немцы?
У Енотаевского был ответ и на этот вопрос:
– Они все и затеяли.
Коллежский советник подумав, произнес:
– Дико звучит, конечно. Но так хотя бы могло быть…
– Надо взять Яшку и допросить, – высказался Сазонов. – Где он сейчас?
– Не знаю, – ответил агент. – Я его не видел с десятого июня. Говорили… в революционной среде, что он собирался в Москву.
– В революционной среде? – хищно ухмыльнулся начальник охранного отделения. – Это что имеется в виду?
– Ну, я вам сообщал. Товарищ Пантелеймон и товарищ Сергей. Так-то они эсеры, но сочувствуют и анархистам. Не определились еще, от чьего имени сатрапов убивать.
– А, эти… Они у меня намечены на осень. Пусть пока погуляют.
– Яков Григорьевич, – вмешался сыщик, – полагаю, надо дать задание Химику поточнее выяснить, где искать Грилюка.
