Наемники, которым удавалось добраться до верха, начинали бешено орудовать мечами, но многие быстро возвращались под стену, сброшенные копейщиками.
Трясучка увидел, как один из защитников вылил что-то из котелка на лестницу и как солдаты лезли по ней. Другой защитник поднес факел, и верх лестницы запылал. Масло, стало быть. Загорелись и атакующие и с воплями полетели вниз, прихватив тех, кто поднимался следом. Трясучка вдел топор в петлю на плече. Лучшее место для него, пока карабкаешься. Если, конечно, не поскользнешься и он не отрубит тебе голову. При этой мысли Трясучка снова хохотнул. Что не понравилось стоявшим рядом солдатам, смерившим его хмурыми взглядами. Но ему было все равно – кровь уже кипела в жилах, и он только ухмыльнулся в ответ.
Нескольким наемникам, похоже, все-таки удалось забраться на парапет с правой стороны. Он увидел замелькавшие меж зубцов клинки. Следом лезли еще солдаты. Но лестницу, занятую ими от подножия и доверху, отпихнули от стены шестами. Встав прямо, она покачалась немного, словно гигантские ходули. Потом медленно завалилась, придавив к земле бедолаг, отчаянно махавших руками и пытавшихся ухватиться неведомо за что.
Слева наемники тоже прорвались возле воротной башни. Начали пробивать себе путь на крышу. Упало еще пять или шесть лестниц. Две, оставаясь у стены, горели, испуская клубы черного дыма. Но остальные были густо усеяны штурмующими солдатами. Защитники были в меньшинстве, и перевес в численности начинал сказываться.
Снова прозвучал свист, и на приступ двинулся третий отряд – солдаты в тяжелых доспехах. Они полезли по лестницам, подгоняя тех, что шли первыми, внутрь крепости.
– Пора, – сказала Монца.
– И то правда, командир. – Трясучка глубоко вздохнул и двинулся вперед.
Стрельба из луков к тому времени почти прекратилась, лишь из башенных бойниц еще вылетали изредка стрелы. Поэтому идти было куда веселей, чем первым отрядам, просто-таки утренняя прогулка среди трупов по разоренным садам. Они добрались до одной из средних лестниц, возле которой стояли два солдата и сержант, придерживая ногами нижнюю перекладину. Сержант хлопал каждого, кто к ней подбегал, по плечу.
– Быстро, парни, быстро, но осторожно! Не суетитесь! Наверх, и кончайте с этими ублюдками! Шевелись, засранец… ох… Простите, ваша… э-э-э… светлость.
– Лестницу держи крепче, – буркнула Монца и начала подъем.
