В дождливой ночи, я стоял над могилой близнеца, земля под ногами хрустела. Горький вопрос ломился в груди, как утонувший камень. Воздух был мокрый и холодный, словно память самого страшного дня. Этот роман оставит тяжёлую атмосферу безысходности и ненависти, но с глубиной чувств и правдивостью душевных страданий....
Служащий крематория аккуратно снял урну, переместил ее в переносной футляр и вручил мне. “Евгений Александрович Арапов и годы жизни”, все, что значилось на предмете, ценою в мою жизнь. Я взвыл…
***
Захоронение прошло в полном молчании. Начальник СБ продолжал тенью следовать за мной, как верный пес. Все возложили венки и цветы, а затем начали потихоньку уходить.
- Олег, подожди, - окликнул меня знакомый голос, когда я открыл дверь своего автомобиля.
- Что ты здесь делаешь, Марк? – удивлено приподнял я бровь, хотя из-за больших очков это было не видно, но он досконально знает мои эмоции.
- Я… я пришел выразить соболезнование, - прошептал он.
- Ты?! – возмущенно зашипел я. – А разве не твоя женушка в этом виновата? Она начала эту войну! Ты думаешь, что я не догадываюсь, чья семейка приложила руку к его смерти? Вам всем это было выгодно!
- Ты ничего не знаешь! – окрысился бывший друг. – Лариса – беременна, да, это она скинула информацию о вас журналюгам, но у нее и в мыслях не было убивать Евгения, не он ей мешал! Она просто боролась за семью, пытаясь устранить тебя из моей жизни!
- Беременна? – что-то во мне дрогнуло от этих слов.
- Да, - понуро опустил он лицо. – О том, что она сделала, я узнал только после смерти Евгения. Она сама мне рассказала, боясь, что все припишут ей его смерть. Ведь уже почти ни для кого не секрет наши любовные тайны. Не было только подтверждения всему этому.
- Это бред, никто бы на нее не подумал, уж на кого бы тогда и подумали, так это на тебя, - пробормотал я. – Все прекрасно осознавали, что у Арапова намного больше врагов, чем кажется, и козни какой-то непонятной девчонки ничего не значат.
- Она просто испугалась… Она не хотела, чтобы разбирательства затронули её и нашего не родившегося ребенка. Ведь она последняя, кто подмочил репутацию несравненного Арапова, вывалив немного грязи из его жизни на новостной канал.
Этого я ему не мог простить. Одним ударом в челюсть я повалил его на землю. Марк сел в грязь и уставился на меня.
- Сколько раз я должен повторять, чтобы ты его перестал оскорблять?! – зло выпалил я. Подскочивший Федор быстро оттащил меня в сторону.
