В дождливой ночи, я стоял над могилой близнеца, земля под ногами хрустела. Горький вопрос ломился в груди, как утонувший камень. Воздух был мокрый и холодный, словно память самого страшного дня. Этот роман оставит тяжёлую атмосферу безысходности и ненависти, но с глубиной чувств и правдивостью душевных страданий....
Вам что-нибудь известно по этому поводу?
- Ну, милая… - протянул хозяин «Арстел», - давайте не будем опускаться до банальных сплетен. Какая нам разница, как обстоят семейные дела у Евгения Арапова и Олега Князева? – Михаил мстительно ухмыльнулся и посмотрел в камеру…»
Последняя его фраза была намеренной, это поняли все. Он с потрохами сдал тех, о ком инкогнито шла речь.
- Сука, - выкрикнул Евгений, запуская в плазму пульт, она тут же вырубилась.
- Тшш, успокойся, - прошептал я, обнимая его за талию. – Это все сплетни.
Евгений, как бы очнулся и посмотрел на меня, отрицательно помотав головой. Ничего не сказав, он оттолкнул меня и помчался в спальню. Я ошарашенно наблюдал за этим действом. Через некоторое время он пришел. Усевшись за стол, он протянул мне вчетверо сложенный листок.
- Читай, - сказал он тихо, а сам обхватил голову. – Я нашел это в ту нашу встречу, около парка, шесть лет назад. Не знал, что с этим делать, но, по-моему, пришла пора тебе узнать, что помимо Марка есть еще люди, кто знает о тебе.
Раскрыл пожелтевший листок, вырванный из обычной тетрадки в клеточку:
«Я знаю, что произошло с тобой в клубе, Олег, поэтому будь любезен, уйди с горизонта и не мешай нам с Марком. P/S Лариса»
Воспоминания закидывают меня в свой омут:
«…А ведь сейчас ночь и, возможно, кто-то обнимает любящего человека. Они спят, прижавшись друг к другу, и наслаждаются жизнью, почему-то, подумав об этом, всплыл в пьяном мозгу образ Марка и Ларисы.
Вспомнив все, я расхохотался как умалишенный.
