Автор
В лабиринтах невероятных судеб и тонкостях бесовской иерархии, Мендельсон — лучший друг девушек — становится центральной фигурой, несмотря на явное неравенство. Его мелочь играет во вторую с выдающимся противником, но чудом умудряется сохранять уверенность и веру в победу. В этом мире бесов каждый день принесет новые перипетии, а он — лучший друг девушек, становится живым камнем в этой кристаллической структуре жизни....
Если он сегодня будет поджидать Римму у загса, то флаг Насте в руки! Пора начинать действовать, а не полагаться на судьбу. Правда, эти действия могут принести противоположный ожидаемому результат. К примеру, вместо романтического свидания – драку с поножовщиной. О чем это она? Римма не станет драться. Хотя тогда у распростертого на полу магазина Влада она была готова растерзать Настю, приблизившуюся к нему на опасное расстояние. Но сегодня Настя не приблизится. Ей будет достаточно издали взглянуть, кого ожидает Влад.
И Настя с чистой совестью сможет наплевать на позитив.
Выпив чашку крепкого кофе, она решила взяться за свою внешность.
Она обошлась без посещения салона красоты. Все нормальные девушки (за редким исключением) во время финансовых трудностей могут преображаться сами. И до какой степени! Тем более в их арсенале всегда имеются необходимые для этого инструменты и средства. В этом они схожи с фанатиками-огородниками, которые сметают весной с прилавков тяпки, лопаты и грабли.
И выдвинулась по направлению к работе, на ходу придумывая себе алиби. Почему она, такая вся из себя, тащится в загс, а не сидит изможденная страшной болезнью дома и не болеет, как желала ей Шаманская, на здоровье… Почему? Потому что ей вдруг резко стало лучше, и Настю потянуло на работу. Работа для нее – праздник. Точно. Почему бы и нет? И совершенно не обязательно встречать Шаманскую. У начальницы что, других дел больше нет, как караулить прогуливающих сотрудников? Шаманскую она вряд ли встретит, а вот Влада…
Он действительно стоял на крыльце.
– Анастасия?! – удивилась Вишневская. – Ты что здесь делаешь?! Ты же должна болеть.
– Разве? – выдавила из себя Настя.
