Автор
В лабиринтах невероятных судеб и тонкостях бесовской иерархии, Мендельсон — лучший друг девушек — становится центральной фигурой, несмотря на явное неравенство. Его мелочь играет во вторую с выдающимся противником, но чудом умудряется сохранять уверенность и веру в победу. В этом мире бесов каждый день принесет новые перипетии, а он — лучший друг девушек, становится живым камнем в этой кристаллической структуре жизни....
– Игнорируешь мои чувства?
Настя оторвала взгляд от сцены и повернулась к подруге. Та смотрела на Копейкина и его пассию.
Она поняла, что случилось самое страшное, что только можно было себе представить. Ее подруга серьезно влюбилась. Обычно она быстро перегорала и искала следующих свободных холостяков.
– Гордо и самоуверенно, – напомнила ей Настя и постаралась утешить: – Да Женька ее не любит. Просто проводит время потому, что больше не с кем.
– Не с кем, а как же я? – простонала Маринка. – Нужно было раньше ему признаться… Но я же гордая.
Копейкин в этот момент повернулся, разглядел в полутьме зала Соловьеву и улыбнулся ей.
– Ты видела?! – прошептала Маринка, протирая сухие глаза. – Или мне это показалось?!
– Видела-видела, – поспешила заверить ее Настя. – Только из-за этого совершенно невозможно уследить за ходом событий на сцене. Скорее бы он ее придушил в самом деле, что ли…
И зрители ахнули. Дездемон, споривший с Отеллой по поводу неоплаченных счетов за электричество и газ, внезапно вытянул вперед руки и кинулся к ее шее.
Что к чему, пышнотелая Отелла разобралась быстро. Уж не будешь тянуть, когда тебя натурально душат. Она схватила Дездемона за грудки, подтянула к себе поближе и врезала ему между ног. Дездемон посинел и резко осел. Сострадательно охнула мужская половина зала. Отелла покрутила указательным пальцем у своего виска и ушла за кулисы.
– Я в восхищении, – ахала длинноногая модель в ухо Копейкину. – Какая экспрессия, какие чувства!
Настя, которую подруга тащила непременно к этой паре навстречу, хмыкнула. Была бы тут экспрессия, если бы Отелла оказалась щуплой, хилой особой! Был бы трагический конец. Сбрендивший на почве ревности Дездемон накуролесил бы еще и с толстосумом. Вот это зрелище – битва титанов.
– Марина! – обрадовался Копейкин, когда та якобы случайно в суете наступила ему на ногу.
– Гордо и самоуверенно, – быстро прошептала на ухо подруге Настя.
– Евгений? – тщательно выщипанные перед премьерой брови Маринки взлетели вверх.
– Ой! Светочка Савина! – запищала модель, игнорируя Маринку, и побежала к знакомой.
– Невеста? – поинтересовалась Марина, кивком указывая на модель. Копейкин тоже кивнул. – Ничего особенного, ей с тобой очень повезло.
– Правда? – обрадовался Женька.
