Автор
Примерно два месяца спустя Исаеву, место двадцать три, произношу, запыхавшись. Она быстро просматривает списки на двухэтажном поезде, где я чуть не опоздала. Убираю с лица выбившиеся пряди и провожу ладонью по мокрой шее — пришлось бежать. Книга знакомит читателя с новым персонажем Исаевой, которая вынуждена быстро адаптироваться к новой реальности после необычного прибытия на поезд....
Похоже, «Лучший друг моего парня 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы успеваем еще раз поцеловаться стоя посреди толпы. На этот раз более грязно и откровенно. Я трогаю ее везде где могу дотянутся и мне мало. Пиздец, как мало.
В паху каменеет, а Лина как кошка трется лобком о мой стояк. Да…разговор у нас видимо будет самый конструктивный. В нашем стиле. Секс заменит все слова.
— Идем, — оторвавшись от сладкого рта НеАнгела, переплетаю наши пальцы и тяну за собой к выходу.
Как вдруг разом музыка стихает и вырубается верхний свет, погружая клуб в полную темноту. Со всех сторон раздается визг, мат, какие-то крики.
— С днем рождения, братцы Гейден. И прощальный подарок.
Твою мать.
Этого не было в программе развлечений.
— Что за хуйня? — четко слышу голос брата где-то поблизости.
Пальцы Лины выскальзывают из моих и я перехватываю ее удобнее, прижимая к себе, собираясь если нужно закрыть всем телом.
— Мирон? — испуганно зовет НеАнгел.
— Блть, — вырывается у меня.
Все происходит за какие-то микросекунды. Раздается оглушающий грохот совсем рядом, а следом столп искр, озаряющих на мгновение танцпол. Щеку обжигает полосной болью, в боку колет…
Что за…
В толпе мелькает что-то серебряное. Металлическое. Люди бросаются врассыпную. Ни хера не разобрать. Кто-то падает. Кричит. Начинается паника.
— Куда же вы? Вечеринка только начинается, — смеется металлический голос.
— Мразь, — вглядываюсь в толпу, прижимая руку к животу.
То тут то там включаются телефоны и становится отчетливо видно силуэты мечущихся людей. А когда грохает еще раз, да так что сотрясается бетонный пол все бегут к выходу и начинается настоящая давка.
Уши закладывает до звона в башке, а на языке отчетливо ощущается вкус гари и металла.
Я толкаю Ангелину в стену, отгораживания от всеобщей истерии. Громко зову Марка, стараясь перекричать шум. Ни хера не выходит.
Ангелину трясет. Она цепляется пальцами ледяными пальцами за ворот на моей рубашке и прижимается носом к шее.
— Что это? Выстрелы?
— Не думаю, — отвечаю спокойно. — Кто-то неудачно пошутил.
Похоже на то что в помещение взорвали несколько петард. Народ оглушен и дезориентирован. Огонь вечеринка. Век не забудут.
— Кто?
— Хер знает. Надо выбираться и найти Марка.
Еще раз бахает. Какого черта? В боку печет.
Оглядываюсь по сторонам, стараясь понять что происходит.
Твою мать.
