Ка Brioni окрашивалась в красное, придавая мужчине вид воина. Однако его насмешливые брови и игривое выражение лица говорили о том, что ситуация вызывает лишь легкую усмешку. Я ненароком опустила боевое копье рядом с ногами из страха за то, как он воспользуется этим.
Закрыла глаза прислушиваясь к своим ощущениям и метаморфозам, пытаясь найти изменения или новые ощущения внутри себя. Ощутила только неконтролируемое желание защитить его от всех бед.
Я впервые почувствовала себя матерью.
— Алиса? — Захар вывел меня из транса, стоящую посередине коридора и поглаживающую живот. По его глазам я поняла, что он знает причину моего посещения больницы, но не скажет ничего, не полезет в душу с расспросами. Я сама решу, сказать или нет.
Мой дорогой Захар, если бы ты знал, как дорог и близок мне стал.
Я обрела друзей и семью с ним.
Своей улыбкой я попыталась передать ему ответ на немой вопрос, который был так и не задан. Он улыбнулся в ответ, так солнечно, что моё настроение подскочило до запредельного уровня.
— Поздравляю! — прошептала еле слышно. Весь мир замер вокруг нас.
Я просто сразбегу, ощущая комочек счастья, обняла его, обхватывая плечи. Руки не сходились на его спине, и вообще, наверное, мы очень комично смотрелись со стороны. Такой большой мужчина, не смеющий ко мне прикоснуться, и я повисшая с неловкими объятиями на нем. И не дай Бог бы нас увидел босс Захара, убил бы обоих, а только потом бы обдумал происходящее.
— У меня есть одно поручение Луки, нужно кое-куда заехать…
Когда Захар сказал, что нам нужно кое-куда заехать, я представляла что угодно, но никак не церковь. Маленькую, беленькую, абсолютно ничем не примечательную церквушку с аккуратным садиком. Она не бросалась в глаза, врастала в старую Московскую улицу, но при этом она была очень красивая и незамысловатая. Словно игрушечный домик с расписными деревянными ставнями; сам фасад был белый, а узоры — голубые.
По двору бродили две собаки, чистенькие и откормленные, на нас они смотрели недоверчиво, но спокойно. Видимо работники очень хорошо о них заботились.
На фоне такой скромности и малогабаритности здоровые чёрные танки смотрелись угнетающие, неестественно. Черно-белый контраст резал глаза. Я стояла у машины, ничего не понимая.
