Автор
Жестокость течет в жилах семьи Витиелло из поколения в поколение. Лука, воспитанный отцом в насилии и жестокости, становится безжалостным капо мафии. Но встреча с той, кого он не должен был замечать, может изменить его темную судьбу и пробудить в монстре человечность.
Она ничего не ответила, только посмотрела на меня своими печальными глазами, которые ощущались, как лезвие в моей груди.
Я повернулся и направился в ванную. Я не был уверен, как долго стоял под струей горячей воды, пока не почувствовал, что могу вернуться к своей жене, будто я смыл все следы духов Грейс и прикосновений. Мне не нравилось тяжелое чувство, которое слезы Арии оставили в моем теле. Было ощущение, с которым у меня не было опыта, и я не стремился испытывать его слишком часто.
Обернув полотенце вокруг талии, я вернулся в спальню, где Ария сидела у изголовья кровати. Ее руки были сложены на коленях, светлые локоны ниспадали на ее изящные плечи.
Я чувствовал себя еще большим идиотом за то, что пошёл к Грейс, когда у меня в постели был кто-то вроде Арии, но она все еще не хотела меня, что стало очевидным еще раз, когда я уронил полотенце, и она быстро отвернулась, будто не могла вынести моего вида. Я не был таким тщеславным, как Маттео, но знал, как девушку смотрят на меня. Я много работал над своим телом.
Натянув боксеры, я опустился на кровать рядом с Арией. Мой взгляд остановился на ее опухших глазах. Это все еще застало меня врасплох.
— Ты плакала? — лучше спроси, почему?
Я думал, что она будет счастлива, как многие жены в наших кругах, если оставлю ее в покое и буду искать другую девушку.
Она наклонила голову в мою сторону и слегка нахмурилась.
— Думал, мне будет плевать?
— Многие женщины в нашем мире рады, когда их мужья пользуются услугами шлюх или содержат любовниц. Как ты сказала, браков по любви мало. Если женщина не выносит прикосновения мужа, она не будет возражать, чтобы тот позаботился о своих потребностях.
Она поджала губы.
— Своих потребностях.
— Я не хороший человек, Ария. И никогда не утверждал обратное. В мафии нет хороших людей. — Я старался быть добрым к ней, даже когда знал, что рано или поздно потерплю неудачу, но надеялся, что это произойдет не так скоро.
Ее взгляд опустился на мою грудь, на точку над сердцем.
— Я знаю, но ты заставил меня поверить, что я могу доверять тебе, и ты не навредишь мне.
— Я никогда не причинял тебе боль.
Неужели она не понимает, как сильно я стараюсь?
— Больно было видеть тебя с ней, — призналась Ария шепотом, отводя взгляд и сглатывая еще раз, будто ей приходилось сдерживать слезы.
Желание прикоснуться к ней было невероятно сильным, но я сдержался.
— Ария, у меня не было ощущения, что ты хочешь переспать со мной. Думал, ты будешь рада, если я не прикоснусь к тебе.
