Автор
Встреча двух женщин, одна из которых начинает убеждать другую принять экстремальную поездку в заброшенный гостевой дом. Но вместе с приключительной природой Плещеевского озера открывается неожиданная и опасная тайна, лишающая покоя героинь своей необычностью и сложности.
Мобильных телефонов тогда не было, она никак не могла предупредить Олега и не хотела заставлять его ждать понапрасну на холоде. С таким аргументом Ольга не могла не согласиться.
По дороге у нее что-то сладко замирало внутри, когда она представляла, как они останутся с Олегом в темном зале кинотеатра. Она даже подумать не могла о чем-то большем, чем просто сидеть с ним рядом, представляя, что они пришли на свидание. Но когда погас свет, Олег вдруг взял ее холодные пальцы в свои, и она не посмела отнять руку.
– Ты сводишь меня с ума, – услышала она шепот у самого уха. – Я ни о чем не могу думать, только о тебе. С тех пор как я тебя увидел, понял, что ты создана для меня. Я тебя люблю, а не Светку.
Они целовались весь сеанс, и с тех пор у Ольги началась двойная жизнь, а вместе с ней и мучительная тревога. Она знала, что предает сестру, но ничего не могла с этим поделать.
– Давай всем скажем, – просила она Олега, лежа с ним на узком диване в его однокомнатной квартире, доставшейся от бабушки. – Больно, зато честно. Родители поймут, я уверена. Ну, посердятся, так жить нам есть где – здесь. Мы через месяц институт окончим, на работу устроимся, проживем.
– А если твой отец мне все ходы перекроет, как мы тогда жить будем? Я в участковые не хочу.
– Не перекроет. Отцу, в конце концов, все равно, мужу какой дочери помогать. Олежек, ну не могу я Светке в глаза смотреть! Давай сознаемся.
– Сознаемся, но только после окончания института. Я и так все контакты со Светкой к минимуму свел, говорю, что перед госэкзаменами сильно занят, диплом дописываю. Оль, я только тебя люблю, но давай потерпим немножко.
В мае выяснилось, что Светлана ждет ребенка. Сестренка светилась от радости, кружилась по квартире, то и дело подбегая и обнимая старшую сестру.
– Теперь уж нам точно не запретят жениться, – говорила она. – Олег в последнее время так занят, я его не вижу совсем, а поженимся – будем все время рядом, каждую минуточку. Пусть мне еще два курса учиться. Он на работу выйдет, я в академку уйду, проживем как-нибудь. Нет, ты представь, какая я глупая – даже не понимала, что беременная! Думала, месячных нет, потому что сбой какой-то, у меня ж часто так бывало, а тут на тебе, уже почти четыре месяца!
У Ольги перед глазами стояла чернота. Как бы она ни любила Олега, но сказать беременной сестре, что забирает у нее жениха, не могла. Четыре месяца – и аборт уже не сделать.
