В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
Как я сейчас понимала матушку Ардена! Хотя пара вопросов у меня все же осталась…
Я посмотрела на читающую Сурью, зевнула, глаза медленно закрылись, и я провалилась в сон.
– Открой глаза, Адель! У нас мало времени! Ну же!
Кто-то больно ударил меня по щеке. Что за?..
Я вскрикнула и распахнула глаза, ухватившись за лицо. Знакомая поляна, тот же костер, бревно, миска и беловолосая девушка в голубом. Она повернулась, и я не сдержала крика. У нее не было лица!
– Погоди, – раздалось в голове, и на затянутом кожей овале прорезались глаза и рот.
– Нос забыла, – нервно хихикнула я и на всякий случай отступила на шаг.
– Я не нуждаюсь в нем. – Она взмахнула рукой, указывая на бревно. – Присядь. Времени мало, и я буду коротка. Прости нас, Аделина.
– Нет.
– Что значит «нет»?
– Не прощу. – Я спокойно смотрела на молодую грайю. – Вы мне всю жизнь испортили!
– Мы спасли тебя.
– Вот как? – Ехидство в моем голосе можно было разливать в бутылки и продавать скромным наивным девушкам в качестве лекарства.
– Выслушай меня, смертная.
Грайя начинала злиться, и это меня остановило от дальнейшей тирады. Злая провидица внушала неконтролируемый ужас.
– Слушаю, – миролюбиво подняла я руки.
Все равно придется выслушать, к сожалению, не я здесь устанавливаю правила.
– Мы ошиблись, ты не сможешь вернуться в свой мир. С тобой все не так! Все!
– Что? – Наверное, от моего вопля у нее заложило бы уши, если бы они были, но мне было все равно.
– Вмешались другие, те, кто плетет судьбы твоего мира. Смотри.
Она взмахнула рукой, и прямо в воздухе я увидела свою квартиру. Сердце заколотилось в груди, и я неосознанно бросилась вперед, чтобы оказаться там, в моей маленькой гостиной! Но грайя ухватила меня за руку, не давая возможности сделать еще один шаг. Всего шаг – и я буду дома!
– Смотри."
"Я сидела на диване, сложив руки на большом животе. Волосы, собранные в хвостик, цветное широкое платье и … синяк на половину лица.
– Прости меня, Линочка, прости! Не знаю, что на меня нашло! Но он так на тебя смотрел, и ты на него смотрела! – скороговоркой говорил он, заглядывая мне в лицо. – Мне показалось, что между вами искры пролетели, и это было невыносимо. Я ревновал! А ты тоже хороша, ты ему улыбалась, зачем ты улыбалась? – Он протянул руку и погладил меня по ладони.
