— Скажи, Красное Копье, почему ты всегда считаешь нужным спорить?
— Ты ждешь, пока сбудется предсказание, — ответил он, — а я хотел бы сам помериться силами с врагом.
— Но нам же с ним не справиться!
— Почтенная мать, боюсь, ты ошибаешься. Мы должны научиться, как справляться, иначе мы погибли. Если мы будем сидеть и ждать, мир проплывет мимо нас. И тогда мы и впрямь станем пылью, даже в самой бедной хижине нас не вспомнят.
Синс-амин покачала головой:
— Это хироки, приплывшие к нам из-за Большой Воды, увели от нас наши племена, соблазнили их своими трескучими речами и ничего не стоящими дарами. Так что или эти хироки сами отрастят рога и начнут нас поддерживать, или они должны возвратить наш народ к старым обычаям. Па-тейн-хо это знал. А еще он знал, что возвращение Талиесина будет для нас великой радостью, но ему было ведомо и то, что радость не приходит без горя. Мал-ек-а — это скопище всей лжи, которую принесли нам хироки. А если так рассуждать, выходит, что Мал-ек-а и Талиесин — близнецы, только Мал-ек-а — черная тень Талиесина. Вот Талиесин и должен через свою ученицу все снова уладить.
— В Дальнем Мире нам все равно уже не остается места, — вздохнул Теп-фюл-ин. — Леса повырубили, поля засеяли семенами.
— Ничего, пока еще и нам хватит.
— Почтенная мать! У Талиесина никогда не было ученицы — приемной дочери. Он умер, не успев передать свой барабан.
— Ошибаешься! В наших легендах ничего не говорится о том, что он выучил себе на смену приемную дочь, но я знаю одно: его дух до сих пор живет в девушке, имя которой Саракен. Я слышу звуки его барабана, они несутся из ее души.
— Это неважно, — возразил Теп-фюл-ин. — За ней охотится Мал-ек-а, он не даст ей отрастить рожки.
— Да, вот тут мы сплоховали. Я думала, что выиграю для нее немного времени, если нашлю на Мал-ек-у этого Киеранфоя. Но Киеранфой уже изучил свой танец.
— Наша единственная ошибка в том, что мы боимся схватиться с Мал-ек-ой сами, — повторил Теп-фюл-ин. — Я говорил тебе это много раз. Бороться с ним должны мы. Неужто мы так одряхлели, что трясемся от страха, едва только услышим про Мал-ек-у?
— Нет, Красное Копье. Не в этом дело. Просто мы были бессмертными, а теперь мы узнали, что можем умереть. Если мы выступим против Мал-ек-и, то добьемся только одного — мы все погибнем. Па-тейн-хо был первым из нас, кто состарился и умер. Ты согласен последовать за ним?
— Согласен! Только с копьем в руке, и чтоб рядом были мои волки. Почтенная мать, я ведь сильней этой безрогой девушки! Лучше я умру так, чем в своей постели от ран, нанесенных временем.
Синс-амин опять покачала головой:
— Мал-ек-е не суждено было узнать про Путь. Мал-ек-у может победить только хирока, отрастившая рожки, а не тот, кто рожден с рогами.
Теп-фюл-ин вздохнул.