Софи, пытаясь освободиться от болезненного пристального взгляда реальности, отправляется во сне к тому месту, где все началось — на Луну. Здесь она пробуждается ко всем своим странствиям и тайным связям, которые скрываются за размытыми воспоминаниями о родительской семье и незнакомых людях в космосе. Атмосфера книги полна неопределенности и тревожного упорядочивания секретов, создавая предвзятую эмоциональную ауру вокруг главной героини....
Софи выглянула из-за камней и посмотрела на светящийся замок – его не должно было быть, но он стоял прямо перед ней. Все, что Фитц говорил, было безумием. Но она знала, что это правда – она это чувствовала. Будто важнейшая часть ее личности встала на свое место.
– Хорошо, – решила она. Голова кружилась. – Я тебе верю.
Ворота закрылись с оглушительным грохотом. Фитц выступил из тени и вытащил еще одну палочку – нет, проводник, – гладкую, черную, с синим кристаллом:
– Готова отправляться домой?
Домой.
Это слово вырвало Софи из оцепенения.
На сердце потяжелело.
После всего увиденного реальность казалась серой и скучной. И все же она взяла Фитца за руку и бросила последний взгляд на невероятный пейзаж перед тем, как тот исчез во вспышке света.
После свежего прохладного воздуха Люминарии дым с пеплом обжег легкие. Софи огляделась, с удивлением понимая, что узнает простые коробки домов на узкой улице, обсаженной деревьями.
Тот кашлянул и поглядел в небо.
– Люди могли бы и потушить парочку пожаров, пока дым не поглотил всю планету.
– Они стараются. – Софи ощутила странную необходимость защитить родной дом. – К тому же это не просто пожары. Поджигатель использует какие-то химикаты, поэтому пламя белое, а дым сладко пахнет.
Обычно из-за лесных пожаров в городе пахло барбекю.
– Поджигатель, – покачал головой Фитц. – Неужели кому-то нравится смотреть на мир в огне?
– Не знаю, – ответила Софи. Она сама задавалась этим вопросом, но ответа так и не нашла.
Фитц вытащил из кармана серебряный проводник.
– Ты уходишь? – спросила Софи, надеясь, что он не услышал дрожь в ее голосе.
– Нужно узнать у отца, что он собирается делать дальше – если он сам знает.
«Той самой». Как будто она была важной персоной.
Если бы она слышала его мысли, то понимала бы, о чем он говорит. Но его разум безмолвствовал, скрывая тайны. И она все еще не понимала почему.
– Вряд ли он обрадуется, что я показал тебе наши города, – добавил Фитц, – хотя я постарался, чтобы нас не заметили. Так что, пожалуйста, не рассказывай никому, что видела.
– Хорошо. Обещаю.
