Трое эльфов с богато украшенными обручами на головах поднялись со своих бархатных кресел, напоминающих троны.
Секунду спустя Софи осознала, что должна поприветствовать их, пусть и не зная как.
Она смотрела на их серебристые накидки, закрепленные у шеи пряжками в виде светящихся золотых ключей, и ощущала себя абсолютно голой. Все вокруг были в дорогих одеждах и украшениях, кроме них с Фитцем, но тот был «под прикрытием».
– Старейшины, это Софи Фостер, – представил ее Алден, коротко поклонившись. – Софи, это Кенрик, Орели и Бронте.
У Кенрика было крепкое телосложение, красные волосы и широкая зубастая ухмылка. Орели походила на принцессу-фею – на щеках легкий румянец, а волосы вьются золотистыми локонами. А рядом с ними стоял Бронте.
Едва встретившись взглядом с его холодными глазами, Софи поняла, что имел в виду Алден под словами «сложно впечатлить». Он был самым низким, с подстриженными каштановыми волосами и резкими чертами лица. Его нельзя было назвать некрасивым, но было в его внешности нечто странное, хотя Софи и не понимала, что именно.
А потом поняла и резко вдохнула.
– Что? – поинтересовался Бронте.
Все взгляды в комнате обратились на нее, а она опустила глаза и пробормотала:
– Простите. Меня удивили ваши уши.
– Мои уши? – повторил Бронте недоуменно.
Фитц весь затрясся от смеха. Софи поежилась, увидев, что постепенно к нему присоединились все остальные. Бронте явно не нравилось, что он единственный ничего не понимает.
– Полагаю, ее удивляет, что они… острые, – наконец произнес Алден.
– С возрастом наши уши меняют форму. Когда-нибудь мы все через это пройдем.
– У меня будут острые уши? – Софи прижала ладони к голове, будто ее уши уже преобразились.
– Разве что через несколько тысяч лет, – пообещал Алден. – Полагаю, к тому времени ты не будешь против.
Софи тяжело опустилась в кресло, едва замечая, что Фитц сел рядом. В мозгу бесконечно крутилось: несколько тысяч лет, несколько тысяч лет, несколько тысяч лет.
– Сколько живут эльфы? – спросила она.
Все казались молодыми и полными энергии – даже Бронте.
– Мы не знаем, – сказал Кенрик, придвигая стул к Орели чуть ближе, чем требовалось. – Пока еще никто не умер от старости.
Софи потерла лоб, пытаясь осознать сказанное:
– То есть хотите сказать – эльфы… бессмертны?
– Нет, – в голосе Алдена послышалась печаль. – Мы можем умереть. Но как только мы взрослеем, то перестаем стареть. У нас не появляются морщины, не седеют волосы. Стареют только уши.
