История о львице Лоле, которая учится находить смысл жизни через помощь другим. Когда кажется, что судьба против тебя, нужно посмотреть на мир иначе. Книга о том, как сострадание меняет людей и как узнать своего человека, несмотря на любые маски и преграды.
И руки ему уже не удержать. Огладил плечи, опалил дыханием шею, почувствовал ее пальцы на своем затылке. И рискнул коснуться груди. Упругая твердая грудь юной девушки. Как бы удержать себя от острого желания сжать ее, почувствовать всей горстью всю упругость, услышать стон наслаждения. Задрать футболку и посмотреть. И взять в рот нежный сосок розовато-бежевого цвета — это Левка знал так, будто уже видел.
А, так какого черта, можно же и посмотреть! И все остальное тоже можно.
Языком в рот, руками под футболку и подмять девушку под себя.
Сколько секунд произошло между тем, как он прижал Дину к мягкому и упругому матрасу и тем, как он почувствовал… Снова, бл*дь, почувствовал!
Похоже, он бьется головой о непрошибаемую стену. С совершенно закономерным результатом. Дина всхлипнула под ним. Коснулась спины дрожащей рукой.
— Прости меня, Левушка…
Не то. Все не то. И надо не так.
Левка резко сел на кровати.
— У тебя веревка есть?
— Что? — Дина тоже села, неловко одернула футболку.
— Веревка. Обыкновенная. Или на худой конец пояс от халата.
— Зачем?
— Ты веришь мне? — они снова смотрят в глаза друг другу. И Дина медленно кивает. — Тогда неси.
Верёвкой оказался пояс от махрового халата. Светло-желтый. Хороший, толстый. А без кляпа мы обойдёмся, нам еще ртом целоваться.
Он пошел ва-банк. Оглядываться назад — не только бессмысленно, но и опасно. Только вперед. Степ бай, мать его, степ.
Раз — и на пол полетела снятая рубашка. Повел плечами, разминая напоследок. Два — в одно движение переметнулся к изголовью, бросил Дине пояс.
— Привязывай.
И руки поднял, прижав запястья к холодным металлическим завиткам.
Дина смотрела на его перфоманс, раскрыв рот. Да, голубка, я тоже от себя в шоке. Но иного пути не вижу.
— З-з-ачем? — от удивления она стала заикаться. Но пояс поймала и держала в руках.
— Затем, что ты меня боишься.
— Не боюсь! — тут же принялась спорить Дина. Но на самом деле она не спорила. Оправдывалась.
— Боишься, — устало выдохнул Лев. — Это не от головы, это другое. И оно сильнее тебя. Единственный способ побороть его — дать тебе уверенность, что я не сделаю ничего, чего бы ты сама не захотела. Моим словам ты не поверишь. Поэтому… — Левка поднял взгляд вверх, на свои кисти, пошевелил пальцами. — Привязывай. И покрепче. Я сильный.
Несколько долгих мгновений Дина молчала. И когда Левка уже уверился, что ему вместе с его нетрадиционными предложениями сейчас покажут на дверь, Дина двинулась к нему. Лицом к лицу, так, что касаются носы.
