Автор
В Львиное озеро, как в чудесном зеркале отражаются времена и судьбы поколений, молодой человек, воинственный калека, становится символом величия и скорби. Его история врывается в сердца людей, заставляя помнить о бесстрашие и невзгодах войн, где он служил королевским ВВС....
Огромные штабеля дров возвышались возле каждого дома, а за пределами поселка валялись кучи веток и выкорчеванных пней. Дарси затормозил возле дома, стоявшего особняком.
— Обычно у меня лучше налажено хозяйство, — сказал он, захватив с собой охапку поленьев. — Но здесь я всего несколько недель.
Дарси толкнул дверь, вошел и принялся запихивать поленья в печь. Жил он в маленькой комнате с двумя железными кроватями, книжной полкой и несколькими тумбочками. Земляной пол, пыльные окна, на стенах — несколько картин, писанных маслом.
— Ваши работы? — спросил я, разглядывая сценку у реки, этюд с изображением заснеженного кедровника и горстку людей у костра.
— Мои… Мазня. А вам нравится?
— Я в живописи профан. Какие-то они холодные.
— Так я и задумывал. Ну ладно, снимайте мокрую одежду и ложитесь, вот кровать.
Он двинулся к двери, но я остановил его.
— Куда вы?
— На рыбалку.
Это показалось мне невероятным: рыбалка после бессонной ночи, проведенной за рулем!
— Какие указания вы получили на мой счет? — спросил я.
Он снял со стены удочку в зеленом чехле."
"— Слушай, парень, если я говорю, что иду на рыбалку, стало быть, я иду на рыбалку. Понял? — Его глаза яростно сверкнули из-под очков.
— Странно как-то. Я думал, вы тоже устали.
— Я не ребенок. А рыбалка стимулирует мысль. — Он улыбнулся. — Ты-то сам, видно, не рыболов? Тогда тебе не понять. В такой забытой богом стране, как Лабрадор, без увлечений вроде рыбалки или живописи не проживешь.
Проснулся я часа через два. Солнце заливало комнату, возле кровати стоял Дарси.
— Лосося любишь? — спросил он. Я сел.
— Лосося?
— Да… Индейцы зовут его «аунаниш». Поймал две штуки, одну съел с ребятами, вторую вот тебе принес.
С улицы донеслись голоса, и Дарси заорал:
— Люси! Ребята готовы?
— Готовы! — послышался ответ.
— Пора ровнять насыпь, — пояснил он мне. — Через час вернусь, тогда пойдем на север, к мосту. Даст бог, удастся порыбачить, пока ты будешь рассказывать свою историю. А там уж поглядим, может статься, сходим потолкуем с Макензи.
С этими словами он повернулся и вышел, дверь закрылась, и мгновение спустя я уже ел своего первого в жизни лосося, розового, огромного и жирного. Усталость прошла. Я встал и вымылся в лохани на полу, потом побрился.
