Автор
Нина вздрогнула при голосе мужа, чуть из рук выронив бутылочку со смесью для младенцев. Петр стоял прямо перед ней, его темные глаза оценивающе сканировали Нину - высокий, стройный, с аккуратными губами и подчеркнутыми скулами. Его взгляд давал понять, что все заметно изменилось в их браке......
– Ее нашли избитой… очень сильно избитой, Нина… Там все лицо в кашу и… не только… тяжелые травмы, перелом таза… ребенок не выжил…
Возглас слетает с губ, и я прикрываю рот, уже знаю, что услышу, но, тем не менее, слова Кристовского оглушают.
– Только узнав о смерти Станиславского, она решилась написать заявление на него…
То, что говорит Кирилл, просто обескураживает…
Я просто замолкаю и во все глаза смотрю на мужчину. У меня в голове не укладывается, как я столько лет могла прожить с монстром, который так хорошо камуфлировался.
Да, Петр всегда был отдален от меня, мы с ним не были близки, но я думала – это просто характер такой замкнутый, а сейчас… сейчас я во все глаза смотрю на Кристовского и просто поверить не могу, что это все не плод больного воображения.
– За что он так с ней? Как можно вообще так избить женщину?
Спрашиваю, а у самой губы дрожать начинают, вспоминаю, как мой муж угрожал мне, как пугал и говорил, что заставит страдать, отнимет все, и теперь я понимаю, что это не было запугиванием, а действительно маска начала спадать со Станиславского.
– Я не знаю, – отвечает Кирилл, – как мужчина… не знаю, каким зверем надо быть, чтобы нанести такие побои… Но как юрист… я зашел к любовнице Станиславского.
Кристовский смотрит на меня своими цепкими и внимательными глазами. Красивый он, молодой еще, а такой матерый хищник.
– Мне удалось разговорить эту женщину. Не быстро. Но я обещал ей кое-какую материальную помощь, посоветовал хорошего пластического хирурга, так как нос там придется оперировать и так далее…
– Словом, ты дал ей денег? – приподнимаю бровь, и Кристовский пожимает плечами.
– В моем деле и не на такое приходится идти, но я тебе скажу, что игра всегда стоит свеч.
– И что же ты выяснил?
Спрашиваю и замираю, а Кирилл бросает на меня внимательный взгляд.
– Ребенок, которого носила любовница Станиславского… он был не от него…
Пауза. Мне нужно мгновение, чтобы информация дошла до воспаленного сознания.
– Не его? – повторяю вслух, а выходит со знаком вопроса.
– Да. Она точно знает, так как по срокам сходится. Девушка там оказалась весьма ветреная, порыв, так сказать, сломил, и она со своим тренером разок после тренировки расслабилась после лечебного массажа. Говорит, не поняла, как так произошло, но секс был незащищенный. Тогда твой муж был в командировке, вернулся через три недели, и к тому времени тест уже показал две полоски.
Прикрываю веки. Качаю головой.
