В Лжепринцессу для Драконов вступают сразу после захватывающего дуэляма. Ты заблудишься между зловещими холмами и унывывающимися замками, где каждый встречный может оказаться лжецелью. Страсть и опасность кипят так бурно, что заставляют твоё сердце колотиться в груди даже при мысли о спокойном доме....
Похоже, «Лжепринцесса для Драконов» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Если ты оставишь меня тут умирать, конец дипломатии, — предупредила я, не зная, когда идея убийства вновь взбредёт в его голову.
— Если бы я хотел твоей смерти, то позволил бы разбиться о скалы.
— Но ты ведь хотел! — была уверена я, и Эмбер вздохнул.
— Не совсем так. Я просто предпочел бы, чтобы ты не появлялась. Но убивать… я не люблю насилия.
Вот не скажешь по нему.
— Дело ведь не в том, что у тебя аллергия на магов? Причина в помолвке. Точнее в Листьере? — спросила я, и только что окрепшая под ногами почва вновь начала обращаться в зыбучий песок.
— Что ты об этом знаешь? — вроде как, и не рассердился вовсе дракон. Может, у него эйфория после полета? Вот и добренький.
— Что она нравилась обоим принцам, но выбрала Дарко, — блефовала я, но не зря.
— Кто такой болтливый? — этим вопросом Эмбер подтвердил мою догадку.
— Не важно. Так это правда?
— Разве я говорил, что буду отвечать?
— Правда, — ответила я за него, и вот сейчас дракон рассердился.
— Предлагаешь изливать тебе душу?
— А чем еще заниматься на пустом берегу два часа?
Дракон усмехнулся. Надо же. Я опять его забавляю. Такой спектр эмоций даю, что и в цирк не нужно ходить! Прямо-таки чудо-маг.
— Ты любила? — спросил вдруг дракон.
— Не знаю. Нет.
— Никогда? За целую жизнь?
— Мне всего лишь семнадцать.
— Восемнадцать, — поправил дракон.
— Восемнадцать, — поспешила согласиться я. — Но это не значит, что я уже должна была кого-то любить.
— Даже семью? — спросил он. Вот зачем лезет под кожу? Нет у меня семьи. Хотя однажды, она почти появилась.
Перед глазами встал человек, лица которого я никогда не видела из-за большого капюшона, но хорошо помнила его теплые сухие руки. И светлые голубые глаза, порой выглядывающие из темноты, окутавшей его лик.
— Это другое, — отрезала я. — К чему эти вопросы?"
"— К тому, что порой мы хотим счастья для тех, кто нам дорог, больше, чем для самих себя, — объяснился дракон, присаживаясь рядом. Вот так поворот. Говорит такие вещи, при том, что выглядит отбитым хулиганом.
— Ты о Листьере?
— О Дарко вообще-то. Листьера просто друг, — признался дракон. — Брат улыбается тебе, потому что хорошо воспитан, но сердце его обливаются кровью. Тебе следует знать.
