— Я просто попросила… — пожимает плечами. Ангелочек прям. Ага. Знаем мы ее.
— Все, беги, мы тут сами разберёмся.
— Хорошо-хорошо! Ой! Забыла! — ну что ещё? — Там сбоку его любимый динозаврик, он с ним уже неделю спит. Даже гулять без него не выходит. Маленький такой, — складывает пальцы, отмеряя сантиметра три.
— Не волнуйся, я не потеряю. Ну все! Беги, систер! — вымученная улыбка вводит Кристину в ступор.
— У тебя точно все в порядке?
Ну издевается она, что ли?
Смело шагаю вперёд и распахиваю дверь. Молча указываю пальцем за порог. И для большей убедительности киваю в ту же сторону.
— Ну все, если что, звони!
Была б моя воля, вырубила бы к черту телефон. Но нельзя, Крис волноваться будет, а ей не положено.
Поэтому приходится просто молча наблюдать, как беззвучно на мобильный сыплются СМС от Итана. Очевидно, он понял, что трубку я брать не намерена.
Я думала, никогда его не выгоню. И только умоляющие заплаканные глаза и мое близкое к срыву состояние заставили его все же отступить и оставить меня одну. Я даже легла поспать. На часик. Хоть что-то, чтобы не думать о том, как я снова капитально пролетела. Ну так хоть временно перестала ощущать чувство жжения в груди.
Приезда сестры ждала как манны небесной. На малого хоть немного бы отвлечься. Хочешь не хочешь, а внимание пришлось на ребенка переключить. И племяш, кстати, со своей задачей прекрасно справился.
Я даже позвонила Крис и попросила оставить малыша у меня ночевать, но не сложилось. Андрюшка расплакался вечером, и никакие книжки, динозавры и выжатый папой сок не помогли. Маму ему подавайте, и все. А у меня, откровенно говоря, не то состояние, чтобы ещё и чужую истерику тушить. Со своей бы справиться.
Ночью спала я плохо. Постоянно ворочалась. Проснулась в четыре утра. Мне кошмар приснился. И, главное, такой сон… как на границе реальности и забытья. Мы с Итаном в постели. Целуемся. Он ласкает меня, улыбается, игриво стягивает лямку с плеча. И вдруг я замечаю, как по его щеке вниз проходятся ноготки с кроваво-красным маникюром. А через секунду из-за его спины показывается голова Полины. Девушка увлечённо целует мужское плечо, ведёт языком, а потом ее взгляд фокусируется на мне.
— Итан… а это кто? — заучит приторно-сладкий голос… и вся картинка становится мутной, светлеет и в итоге растворяется, а я просыпаюсь от бешеного сердцебиения и ощущения реальности происходящего. Уговаривая себя, что это просто сон, я откидываюсь назад на подушки. Но глаза закрывать уже страшно. И тошно.
