Автор
В темном спальне запах лекарств и металла — следы несчастного случая. Девушка осторожно раздевается, чувствуя насквозь жар. Мачеха для миллионера прячется в глубинах страсти и тайн, открывая секреты своего мира. Страсть и тайна — вот что ожидает читателя на страницах этой книги....
Потому что если нам снова кто-то помешает, я за себя не отвечаю. Уля держалась за мои пальцы и послушно шла.
- Ну чего ты?
Я встал у больших качелей, развернул девушку к себе. Стер подушечкой большого пальца каплю на ее щеке.
- Мне показалось, или вы не в первый раз это делали? То есть ты знаком с моим сыном?
Мы как-то сами собой перешли на «ты».
- Да, мы уже общались, - я усмехнулся, - здесь и познакомились. Ты, может, будешь против, но я пообещал поучаствовать с ним в чемпионате. Почему ты не сказала, что у тебя ребенок?
Последнюю фразу я произнес без тени улыбки.
- Зачем? – шепотом уточнила Ульяна.
Снова погладил ее по щеке. Мне так нравилась ее кожа на ощупь, словно бархат."
"Я сам не знал ответ. Это одновременно и многое меняло, и не добавляло ничего в мое отношение к Ульяне. Трепет к ней родился далеко до того, как я узнал, что она одинокая мама.
- Поэтому ты не хотела уходить из «Особняка»? – решился спросить я.
Пальцами я провел по ее щеке вверх, к ушку. Ульяна вздрогнула. Господи, ни одна женщина так не откликалась на мои ласки.
- Поэтому, - кивнула она, но быстро добавила, - и не только. Я и правда люблю заведение Надежды Михайловны. Мм… А вы общаетесь? Ты приезжаешь в гости…
Я улыбнулся – сегодня вечер открытий.
- Мы родственники, - сообщил я Уле, - Надежда Михайловна Росс – моя родная тетка. Сестра матери.
Ульяна ахнула. На ее лице тоже появилась едва заметная улыбка.
- А я думала, почему она так уверена в тебе.
Я не выдержал, взял девушку за плечи и привлек к своей груди. Ее кожа была прохладной от вечернего воздуха. На каком-то инстинкте я прижал Улю крепче, чтобы согреть. Она не сопротивлялась, но была напряжена. Нужно сказать самое главное… Однако с чего начать?
Ульяна молчала. Я смотрел сверху вниз на темные ресницы, покусанные губы. В ней совсем нет лоска, как, например, в Мусе. Но мои глаза никогда не видели ничего прелестней.
- Ты очень красивая, - я сказал, что думаю.
Уля тихонько засмеялась.
- Не ври, Зорин.
Черт, моя фамилия еще не звучала так сексуально.
- Просто уже темно, - добавила со смехом девушка.
- Не представляешь, сколько раз я жалел, что быстро ушел утром. Не раздел тебя на рассвете. Не увидел каждый твой сантиметр.
Ульяна шумно выдохнула, улыбка мигом стерлась с лица.
- Ты помнишь?
Теперь пришло время мне рассмеяться. Горько.
- Каждую секунду. Мне нет прощения за то, как я себя вел.
