Автор
В подготовке к утреннику объединяется семья после перезагрузки взрослых. Несмотря на трудности с актерами, директриса изрекает горестные крики через щель в маленькой служебке. Мы шокированы, вглядываясь друг в друга, и только теперь замечаем молодого мужчину, появившегося из-за нее....
Хотя
радовать эту малышку мне было в принципе в удовольствие. По пути мы завезли
домой мою матушку. Раз уж нам пришла подмога в виде Евы, пусть пожилая
женщина наберется сил в привычной обстановке.
Я уже как обычно взял Таську на руки и проводил маму до квартиры. Отец,
вышедший в прихожую, подарил мне долгий взгляд. Он никак не прокомментировал
то, что со мной дочка Евы. Принялся расспрашивать про внучку, Есению. Лишь в
конце моей речи осторожно заметил: - Наверное, оно и к лучшему. Я за свою жизнь
насмотрелся на беспризорных детей.
Я не стал отвечать на его фразу, старик тоже больше не откровенничал. Таська,
спущенная с рук, уже гладила их черного кота."
"-Езжайте, Никита, что теперь говорить,-спустя несколько минут велела мне мама,
-девочку нужно кормить и укладывать спать. Ты сам справишься?
Я пожал плечами.
-Думаю, да.
Мама кивнула.
- Пока, Тасенька.
Девочка поднялась на ноги, улыбнулась.
- Пока, бабушка Оля.
Отец усмехнулся, покачал головой.
- А дедушке ты пока не скажешь‘?
Он смотрел на дочь Евы с добром.
- Пока.
- Сынок, если что, сразу звони!—напоследок велела мама.
Мы с малой купили пиццу, мороженое. Остальные продукты дома были, завтраком
я смогу ее покормить, а потом-в сад. Завалили в дом, шурша пакетами. За
заботами о маленькой я немного отвлекся, почувствовал домашний уют. Да еще и
Ева отзвонилась—температура у Ляльки уже не поднималась выше 37.4.
В их бывшей комнате остались кое-какие вещи Таськи, они были в стирке, когда
Ева уезжала.
полку у раковины блок радионяни. Тася хоть и была очень самостоятельной, я
хотел держать всё под контролем. За родительским блоком я отправился в свою
спальню.
Из угла комнаты с тумбочки раздавался плеск воды. Значит, нужная мне часть
прибора находится там. Я шагнул и внезапно чуть не упал. изумленно взглянул под
ноги—мои домашние тапочки запутались в тонкой красной вещи. Ночная сорочка
из натурального шелка принадлежала Есении.
кто-то хозяйничал в мое отсутствие в доме. Но няню я отпустил, а горничной дал
пару дней выходных.
Быстрым шагом я приблизился к комоду. Один из ящиков мебели из темного дерева
запирался на ключ. Здесь мы хранили документы, кое-какие драгоценности средней
стоимости. Обычная мера безопасности в доме, где служат посторонние люди. Я
сразу открыл потаенный отсек.
На месте не оказалось украшений, бумаг Есении.
