В дверях стоит мужчина — это Зверь, отец девочки. Ситуация становится непредсказуемой: беседа о проблемном ребенке оборвется внезапно, и главная героиня Ника будет вынуждена уделить больше внимания этой неожиданной появившейся личности.
Ника притянула себе дочурку Зверя, сгребла в объятья.
- Вероника, - позвала та.
- Мм?
- Ты будешь моей мачехой?
Вопрос застал девушку врасплох.
- Я хочу быть твоим другом, Ась, - призналась Ника, - ведь мачеха нужна тем деткам, у которых нет мамы. А у тебя есть.
Вероника не знала, правильно ли она отвечает с точки зрения детской психологии. На самом деле, она даже не задумывалась, как может зваться в отношении Аси. Ей просто хотелось быть рядом с ней, заботиться, оберегать и любить.
- Моя мама не приезжает, - со вздохом констатировала Ася, - значит, мне тоже нужна мачеха.
Ника усмехнулась. Да уж, детские сказки играют не в ее пользу.
- Бывают и добрые, - пояснила она.
- Мне читали только про злых, - сказала Ася.
- В жизни встречаются всякие, - с улыбкой кивнула девушка.
Аська немного помолчала.
- Ты никогда не уедешь?
- Нет, никогда.
Ника ответила так быстро, что и сама не успела подумать о последствиях. Как будто в ней заговорило ее сердце. И именно на этих словах девочка окончательно успокоилась.
- Давай, читай, - смешно велела она «мачехе».
Вероника взяла в руки детское издание.
***На разборки с родительницей у Зверя уже не осталось сил. Мать ворчала, что Вероника не имеет своих детей и потому слишком трясется над Асей. А она просто хотела подготовить девочку к тому, что ее отец и новоявленная мачеха разбежались.
Егор попросил, и достаточно жестко, не лезть в их отношения с Никой и уж тем более не информировать о своих выводах Аську. Поняла ли его пожилая женщина, он не знал.
Так или иначе он вызвал для матери водителя и отправил ее восвояси. А сам поспешил наверх, Вероника отнесла Аську в ее комнату. Еще из коридора он услышал размеренный женский голос – Ника читала его дочери сказку. Он тихонько подошел к двери, открыл и присоединился к своим девочкам.
Ася, уже облаченная в желтенькую пижаму, спала на груди у Ники. Девушка увидела Егора и отложила книгу.
Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Из сердца Егора капля за каплей уходило недавнее раздражение на мать, пережитый страх остаться одному, воспоминания о нелепой ссоре.
Зверь осторожно сел на кровать к девочкам, наклонился к Нике и поцеловал ее в висок. Она улыбнулась уголками губ, чуть повернулась к мужчине, чтоб не потревожить его дочку.
