Я прибежала к крыльцу детского дома, потянула на себя тяжелую металлическую дверь и скрылась в здании. Взгляды случайных прохожих мелькали вокруг, но всё лишь бы не встретить Вадима Принца - легендарного адвоката-принца, который должен был сюда явиться сегодня.
Но я ни черта не понимал.
- Все хорошо, - сказала она вслух, - проходи.
Девушка развернулась, чтоб отойти, но я успел схватить ее за кисть.
- Что-то на работе? С мамой? Ян, говори, мы все решим!
Мне стало все равно на наши условности и игры. Я окончательно понял, что несу за нее ответственность. И если у нее проблемы, я подключаюсь, и пусть о нас узнает хоть весь свет!
- Да что ты придумываешь, Вадик? – она испуганно уставилась на мою руку.
Отпустил, еще подумает, что я хочу применить к ней силу.
- Вадим, Яночка, идем обедать! – раздался голос Евы Марковны. – Потом займемся котельной.
Что ж, сегодня я ее из поля зрения уже не выпущу, а вечером узнаю, что к чему.
Впрочем, в начале их визита в наш дом доступ к Яне я не имел. Матушки, правда, сразу унеслись на кухню, Еве Марковне было нужно проинспектировать ужин. Зато Яну напрочь оккупировали мои дети. Киря даже по-хозяйски забрался к девушке на колени и показывал ей что-то в своем личном и весьма покореженном планшете.
Дети высунули языки от напряжения и удовольствия, Яна тоже растеряла дневную грусть, улыбалась, то и дело поглаживала их по спинкам. Я смотрел на них, и во мне просыпалось какое-то совершенно звериное чувство – если им будет угрожать хоть малейшая опасность, я разорву любого.
Только мы сели за стол, раздался бодрый стук в дверь. Видимо, ворота остались открытыми с нашего прихода, и гость беспрепятственно попал на территорию. Впрочем, это оказалась гостья – на крыльце мялась Верочка.
- Вадим, прости, я без приглашения, - медсестричка поправила волосы, - у меня есть кое-что для твоей мамы.
Я вскинул брови.
- Ничего страшного, входи, - пригласил я землячку, - поужинаешь с нами.
Верочка потупила глаза, но слишком сопротивляться не стала.
Маменьки принялись радостно здороваться, однако их улыбки выглядели натянуто. Матвейка нахмурился и уткнулся в тарелку. Яна едва кивнула и очевидно напряглась. Лично у меня раздражения на Веру не было, я в принципе к ней был совершенно равнодушен. Но отношение к нашему с ней общению от Яны начинало волновать.
