— он опустил взгляд и вдруг замолк, только судорожно сжал кулаки, на скулах заиграли желваки.
— И к чему привело ваше расследование? — подождав немного продолжения разговора, подтолкнул его Джозеф.
Ланс поднял на него взгляд совершенно больного человека:
— Мои младшие сестры неожиданно заболели. Ни один лекарь не мог сказать, что случилось, но им становилось все хуже и хуже, они слабели, не могли встать с постели. А потом мне пришла записка от неизвестного с требованием забыть все, что я знаю о предприятии в Затерянных горах, и с ней бутылочка с противоядием. Едва девочки начали принимать его, как у них появился аппетит, за три дня они встали с кроватей и стали опять бодры, от болезни не осталось и следа, — побратим принца опустил голову и уставился на свои руки. — Я привлек внимание этого паука, и он пригрозил, что будет, если я попытаюсь продолжить расследование. Я военный человек, я готов идти с поднятым забралом против врагов королевства, готов пожертвовать своей жизнью!.. Но не жизнями тех, кого я люблю.
Глава 114
Грегори
— Вы... вы уверены, что «Паук», о котором вы говорите — это не бежавший маркиз Крантерлот? — в возникшей тишине вопрос Джозефа прозвучал, словно удар в металлический гонг, полные ненависти и возмущения взгляды Леона и его подчиненных скрестились на младшем принце.
— Я больше ничего не скажу, — медленно произнес Ланс. — То, о чем я рассказал, и так многим известно. Вы думали, почему никто из пострадавших не возмущается? Не только потому что они верят в существование предприятия и ждут прибыли, не только потому что боятся публичного позора. Нет. Они боятся. Одни знают о том, что случилось с моими сестрами, другие получили иные предупреждения.
— Мы сможем защитить девочек, — Леон подвинулся ближе, коснулся плеча своего подчиненного. — Расскажи все, и мы..."
"— Как? — тот криво ухмыльнулся. — Я не афишировал свое расследование, но Пауку стало все известно. Он проник в наше имение и умудрился отравить детей. Я не рассказывал о том, что решил расследовать смерть маркиза Крантерлота никому, кроме самых близких друзей, я был осторожен, но он узнал и показал, что будет, если я продолжу. Я не знаю, кому можно доверять, — он посмотрел на людей, которые присутствовали в комнате: принцев, меня, своих сослуживцев, нескольких подчиненных Джозефа. Он смотрел так, будто в каждом был готов увидеть предателя и в то же время хотел надеяться, что это не так.
— Из этой комнаты никто не выйдет, пока не принесет магическую клятву о неразглашении, — неожиданно заявил Джозеф и вытащил из-за пазухи артефакт.
— Ты с ума сошел, это прорва магии, — ахнул его брат.