Автор
Журнал в руках пытался подорвать мой аппетит, но вместо этого заставил задуматься о смысле жизни. Как можно отвернуться от важных вещей ради вкусности? В этом мире мачо и жестокие хищники затаили душевные раны за улыбкой на обложке "Мачо чужой мечты".
Антонина сказала, что семья Умер от госпитализации отказалась, Тильда все время истерически рыдала, а Соня, сохранившая, несмотря на тяжелые испытания, спокойствие, заявила фельдшерице:
— Ребра ерунда, царапины заживут, лучше мы с мамой сразу домой вернемся, притормозите у вокзала.
— Но так нельзя, — вздумала сопротивляться фельдшерица.
— У нас в Москве есть свой врач, — отбила мяч Соня, — спасибо за помощь.
Разыгравшаяся буря не дала мне возможности улететь домой, пришлось просидеть в Екатеринбурге, в гостинице, четверо суток, ругая погоду.
Вернувшись в Москву, я вошел в кабинет к Норе, увидел там своего лучшего друга Макса Воронова и с некоторой обидой сказал:
— Вы знали!
— О том, что Соня Умер — это Юлия Чупинина? — спокойно спросила хозяйка. — Я догадывалась, и, судя по твоему лицу, оказалась права, рассказывай.
— Ну почему вам в голову пришла мысль о подмене? — спросил я, изложив факты.
Нора посмотрела на Максима, тот кашлянул и тихо ответил:
— Некоторые нестыковки в рассказах людей, странности, выяснившиеся при более детальном погружении в проблему.
— Да, — кивнул я, — из-за него весь сыр-бор и разгорелся, мальчику потребовалось разрешение на выезд, а что, он и правда сын Вяльцева?
Макс покосился на Нору:
— Я расскажу?
— Валяй, — кивнула хозяйка и схватила пачку отвратительных папирос.
Для меня остается загадкой, ну где Элеонора добывает это курево."
"— В принципе, — завел Марк, — ты сам все знаешь. Я порылся в архивах и нашел дело Оренбургова-Юрского.
